Ваш отзыв

Комментарий


Закрыть


Тексты / Общество /Проза жизни

Весь в белом! Владислав Листьев и другие иконы 90-х

Весь в белом! Владислав Листьев и другие иконы 90-х

Тэги:

ВЛАД ЛИСТЬЕВ. МИФЫ И ФАКТЫ

Сто семьдесят недель проблистал «Взгляд». Первый выпуск самой рейтинговой программы отечественного телевидения состоялся 2 октября 1987 года. Последние три выпуска (28 декабря 1990 года, 4 и 11 января 1991 года) были сняты с эфира Кремлем. Потом, конечно, были «Взгляды из подполья». И спецвыход по Пятому каналу, контрабандно отэфиренный Бэллой Курковой вместо «Пятого колеса». Нежданный выкрик тандема Любимов–Политковский 17 мая 1991 года из рижской студии, которую во время эфира подожгли (а самого Любимова в этот день атаковали, раскроив ему голову бутылкой). Постпутчевое трехчасовое торжество (23 августа 1991 года), когда по горячим следам опрометчиво было сказано много ненужного. Эксклюзив через два дня (25 августа): президент СССР Михаил Горбачев передал ребятам кассету, записанную им в Форосе. И наконец, вызвавший нарекание экс-соратников ремейк передачи, который начиная с 27 мая 1994 года по апрель 2001-го вел Александр «Люби» Любимов. После его ухода с ТВ в августе прошлого года можно констатировать: ни один из экс-ведущих мегапрограммы не остался в отрасли, которую они во многом и сформировали. Что касается режиссеров, то здесь по-разному. Таня «Дмитра» Дмитракова собирает свой урожай ТЭФИ. Максим «Макс» Иванников погрузился в документалку. Иван «Рулевой» Демидов стал чиновником АП. А Костя «Большой» Эрнст превратился в ТВ-гуру, вызывающего искреннее восхищение молодых/начинающих & разномасштабную зависть всей медийной общественности.

Зачем я взялся за эти мемуары? Был я в этой программе гостем, соприкоснулся по касательной, меня пригласил на соведение Александр Любимов (чуть позднее Сергей Ломакин позвал себе в пару моего коллегу по «Совершенно секретно» Артема Боровика). В штате «молодежки» я никогда не работал, сотрудничал freelance. Но! Но тем не менее молчать не готов. Особенно сейчас. Мне надоело читать абсурдные тексты, авторы коих, впадая в ту или иную крайность,отчаянно мифологизируют «Взгляд» и Владислава Листьева. Одни числят «взглядовцев» «ночными гаденышами», разрушившими великую страну, другие – романтичными супергероями, коим чуждо все человеческое, полубогами с ТВ-Олимпа. Суть, собственно, в том, что хочется правды. Пусть и пристрастной. Без карамельных восторгов, но и без наездов хмурых. Возможно, кому-то покажется излишне фамильярным употребление внутрикомандных прозвищ вместо традиционных имен-отчеств. Однако я помню, что Мукусем называли Владимир Викторыча и Листом – Владислава Николаевича. А Любимова звали Люби. Любя называли. Сюжеты, не все из которых, право, звездные, но я именно их запомнил. Разномасштабные скандалы, связанные с нервной работой «взглядовцев». И дюжина мифов, наконец.

 

 

Миф №01. О Владе-журналисте 

Фигура самого Листьева тотально мифологизирована, что вполне закономерно в контексте его трагической гибели. И один из мифов – убили журналиста. На самом деле – расстреляли бизнесмена. Первой этот очевидный тезис публично озвучила, насколько помню, Ирина Хакамада, на следующий день после трагедии (а в том контексте подобные заявы было делать непросто). Дело в том, что к весне 1995 года у Влада, ставшего ТВ-персоной номер один, было много завистников и просто врагов.

Да, конечно, у Влада были терки с бандитами, как и у всех бизнесменов начала девяностых. Помню, после одного из «видовских» круизов, которые устраивала девушка Римма, в офис Листьева приехала братва, из тех, что,собственно, и были в круизе, между прочим. Явились в спортивных костюмах и кроссовках, с автоматами. Это был 1994 год. Влада в кабинете не было, гостей с ним соединили по телефону.

– Почему с оружием-то? – сухо поинтересовался Лист.

Ответили что-то типа «мы всегда так ходим».«Ждите», – лаконично сказал Лист. Через полчаса приехали бойцы столичного РУОПа в масках и бронежилетах. Бандитов приняли. Но ненадолго. Оказалось, что визит Листьеву нанес «вор в законе» Александр Макушенко, известный как Саша Цыган, симпатичный бандит-тусовщик (меня с ним знакомил Юра Айзеншпис, который тогда носился с проектом «Сташевский»). В начале девяностых бандиты не строили, как сейчас, церквушку за церквушкой, а разминались в настоящей как бы благотворительности. Саша Цыган купил какую-то медицинскую аппаратуру для детей и пытался презентовать ее Леониду Рошалю, который за несколько лет до этого возглавил Международный благотворительный фонд помощи детям при катастрофах и войнах, созданный для того, чтобы обеспечивать транспортировку, покупку оборудования и питание врачей, входящих в международную бригаду неотложной помощи. Доктор отказался, мотивировав тем, что «от криминалитета ничего не надо».И Цыган попробовал зайти через ВИD, поскольку было известно, что Листьев любит детей (не показушно, а по-настоящему, у него так биография сложилась, что это где-то даже закономерно). Насколько помню, в конце концов эту технику вручил от имени компании Александр Любимов, а Рошаль через год после убийства Влада получил звание «Детский доктор мира».

Что касается Цыгана, то его в конце концов завалили. Покушались на него, как помню, беспрестанно. Особенно «чехи», если верить покойному Айзеншпису. Помню, перед «видовскими» круизами (из которых только два первых окупились, остальные стали провальными и с точки зрения имиджа компании, и с коммерческой, конечно), еще на берегу (иногда в одесском порту, иногда в Шереметьево, если лайнер отходил из Италии), все блатные договаривались: на борту никаких стрелок, выяснения отношений исключены. Что, впрочем, не мешало им делать свое бандитское дело хотя бы в плане сканирования пассажиров (на предмет будущей охоты за коммерсами). Убивали их, убивали они. Пачками. Тогда, собственно, Евгений Кемеровский и всплыл со своим, типа, хитом «Братва, не стреляйте друг в друга».

Так вот, про братву. Через пару лет после устранения Влада положили и его неудачливого гостя Макушенко. Как и Листьева, его убрали фактически дома. Влада застрелили в подъезде, а Цыгана – когда к подъезду подкатил. В «авторитета» прямо на глазах его подруги разрядили пару рожков из Scorpion. Убийцу быстро вычислили и арестовали. Это был «медведковский» киллер Федин, тезка Цыгана. Дело в том, что «медведковские» беспредельщики делили в начале 1997-го Рижский рынок с могучими «солнцевскими». Макушенко в качестве третейского судьи отписал площадку «солнцевским». И за это был наказан.Это я к тому, что убивали тогда коммерсов регулярно. И зуб на Влада был у многих, повторю. Врагов он в криминальной среде нажил. Не только, впрочем, в криминальной. Ведь незадолго до инцидента с Цыганом Листьев вообще уволил половину (!!!) останкинских сотрудников. И на общем собрании заявил, что вместо «странных премий, которые платили в прошлом»,будут зарплаты («Мы знаем, кто брал взятки, и с ними расстанемся»).

Про его убийство написано несколько книг. Про него самого же никто не рассказывает.Те немногочисленные интервью, на которые развели первую жену Листа,были проплачены. Елена Валентиновна Есина-Листьева отказывается общаться с журналистами меньше чем за 100 тысяч рублей. Желающих пока нет. Ее дочь, Валерия Владиславовна Осецкая (по экс-супругу), будучи логопедом по образованию, работает в так называемой Академии парикмахерского искусства «Долорес» на Арбате, она спец по наращиванию ногтей.Сейчас Валера находилась во втором декретном отпуске. Жаль, конечно, что Листьев, так любивший детей, внуков не увидит. Но, впрочем, можно без сомнений прогнозировать, что они своего дедушку узреют на экране. Дедушку, которому не суждено было перешагнуть даже 40-летний рубеж. Приходилось читать в таблоидах, что Лера, мол, никому из коллег не рассказывает о своем звездном отце, который-де оказывался от своих родительских обязанностей и не общался с этой семьей. Дочь, писали, Владислав не признал и судился со своей первой супругой из-за алиментов. Не совсем правда. То есть совсем неправда. Вывод о том, что Влад отказался от своего второго ребенка (первый, сын, умер, не прожив и суток, безымянным), строится именно на судебной тяжбе из-за алиментов. Однако Листьев не отказывался платить вовсе, нет, судя по бумагам, которые я видел, он просто бился лишь за снижение суммы, поскольку уже содержал новую семью: у него на иждивении было двое детей, один из которых был инвалидом.

Дмитрий Захаров вспоминал, что имя Елены при нем не упоминалось. Влад только однажды обмолвился коллеге об этом своем периоде жизни: «Я вышел из дома за кефиром и больше туда не вернулся».

На фото: с руководителем «взглядовского» отдела Сергеем Ломакиным Влад не только вел эфиры, но и ездил на чесы

Его вторая жена, Татьяна Лялина, была студенткой филфака, познакомились они во время Олимпиады 1980 года. Они реально бедствовали. Их первенец родился с дефектом кишечника, в роддоме сделали неудачную операцию, переборщив с наркозом, ребенок ослеп и оглох. Владик-младший умер в возрасте шести лет, ночью, не издав и звука.С Татьяной Листьев прожил столько же, сколько с первой женой – семь лет. С третьей (в законном браке) – вдвое меньше.

Владислав точно не был подлым. Не был завистливым. Мелочным не был. За это я отвечаю. Как и все, он был не без недостатков, конечно, но не таким жалким, каким ретроспективно рисует его спутница жизни.Не святой, конечно, грешил в полный рост. Всем своим женам изменял и был горьким пьяницей. Но кто без греха? Листьев был абсолютно порядочен по отношению к тем, кого числил своими (таковых, конечно, было не очень много, но у иных нет и вовсе). Был великодушен по-царски. Талантлив многогранно. Обаятелен беспредельно. В начале пути все ребята были отважными + честными. Дрались за дело правое. Потом, когда появились деньги, увы, рассорились серьезно. Любимов с Листьевым вообще последние полгода (с осени 1994-го) не разговаривали. Это была война. Что, уверен, не помешало Саше очень искренне и глубоко переживать трагическую кончину экс-компаньона и товарища.

Однако если кто-то захочет написать книгу (а не такие вот пристрастные заметки) о последнем годе жизни Владислава Листьева, то говорить с бывшими ведущими «Взгляда» бесполезно. Лист был отрезанный ломоть, как говорится. Вообще на том этапе общался с очень немногими. По бизнесу – исключительно с Аркадием «Бадри» Патаркацишвили & Борисом Березовским. По творческим вопросам – с Андреем Разбашом & Константином Эрнстом. Дружил по-настоящему, по-моему, только с Леней Ярмольником (и Ксюхой, его женой) да Андреем Макаровым. Про Листьева как бизнесмена и человека детально могут рассказать лишь Игорь Удалов и Альбина Назимова, которая как-то заметила: «Друзей у Влада было немного. Влад аккуратно общался – он работал с людьми, для людей, и коэффициент общения зашкаливал». Могут. Но вряд ли станут.

А остальные... Ну вот в ворчливых воспоминаниях Елены Листьевой я не могу узнать Владислава. Впрочем, что можно ждать от женщины, которая на вопрос «Но вам ведь было жалко Влада?» простодушно ответила:

– Жалко, конечно, мы лишились хороших алиментов. Я за ними приезжала на Королева, 12, и меня всегда сопровождал какой-то мужчина, чтобы деньги не украли, сумма была внушительная.

Кстати, деньги впрок не пошли. По советской привычке они хранили весь налик дома, и однажды (в 1996-м, через год после убийства) все накопленное Валерия Владиславна просто отдала цыганке, которая загипнотизировала листьевскую дочь.

Интересная деталь. Есина-Листьева вспоминает, что «у Влада был специфический взгляд», и что дочь этот взгляд унаследовала, она ребенку говорила:

– Не смотри на меня так, мне страшно становится.

На фото: интервью Светлане Кашляевой (1992) для газеты «Взгляд» (позднее «Новый Взгляд») телекомпании ВИD

 

Факт №01. Ретроспекция 

Разыскал интервью Влада для «Нового Взгляда», записанное по моей просьбе лучшим интервьюером страны Андреем Ванденко. Влад напророчил: «Мне кажется, что через три года я просто умру». Летняя запись… 1992 года. Вообще, мне кажется полезным воспроизвести беседы со «взглядовцами», листьевскими соратниками именно той поры, двадцатилетней давности. Когда была иная политическая конъюнктура. Абсолютно иной контекст.

Листьев на момент гибели был, пожалуй, самым любимым телевизионщиком державы. И он сделал это сам. Не без помощи Альбины, команды, но все же самостоятельно. Ошибочно думать, что слава образца 1995 года была пролонгацией перестроечной эйфории конца восьмидесятых. Отнюдь. Это уже была другая страна. И другая слава. Сейчас уже никто не помнит, что за три года до расстрела Влада, в марте 1992-го, прошло заседание совета директоров телекомпании «Останкино», на котором пилили эфир Первого канала. И «видовцы» тогда попытались получить фиксированное время в эфире кулуарными методами. В ходе бурного обсуждения 11 марта директор студии международных программ и видеообмена телекомпании «Останкино» Александр Михалыч Любимов предложил «делать ставку на звезд», позиционировав себя персонально как члена клуба Тор-10, в презумпции того, что в первой десятке будут и его коллеги по компании ВИD. Однако удар нанес директор социологического центра телекомпании «Останкино» Всеволод Вильчек, который обнародовал результаты опроса, проведенного его сотрудниками 15–20 февраля. Лидерами по версии центра стали: «Новости»– 55%, «Вести» – 44%, игровые фильмы – 40%, «Поле чудес» – 20%, «600 секунд» – 18%, «Добрый вечер, Москва!» – 15%.

Список телеведущих-фаворитов возглавили не «видовцы», а ведущие новостийных программ: Татьяна Миткова – 15%, Александр Невзоров – 14%, Ирина Мишина – 13%, Юрий Ростов и Светлана Сорокина – по 11%,Борис Ноткин – 8%, Александр Гурнов – 7%, Анеля Меркулова, Татьяна Комарова, Евгений Киселев и Владислав Флярковский – по 6%.

Ну асреди ведущих телепрограмм лидировали Владимир Молчанов и Владислав Листьев – 5% и 4% соответственно.

Меньше 1% набрали еще 14 человек, в том числе и «взглядовские» Александры – Любимов и Политковский.

Впрочем, справедливости ради замечу, что опрос был не вполне репрезентативным, поскольку опросили лишь 550 жителей столицы. Однако очевидно, что феноменальная популярность ведущих «Взгляда» рухнула, как сбитый истребитель, всего за год, прошедший с закрытия этого проекта Кремлем. Год гайдаровских экспериментов со страной. Год торжества криминалитета. Но Лист сумел за три года (с 1992-го по 1995-й) поднять рейтинг своих проектов и свой собственный на рекордную высоту. Хотя в него не все верили.

На фото: Влад с режиссером Татьяной Дмитраковой в круизном путешествии ВИDа, после которого приключился злополучный визит Саши Цыгана в офис телекомпании и арест визитеров РУОПом Владимира Рушайло

 

Миф №02. Ведущих изначально должно было быть четверо 

На самом деле было трое. Из которых осталось двое. Сначала на кастинг пришли Олег Вакуловский, Влад «Лист» Листьев, Александр «Люби» Любимов. И да, их действительно подтянул Андрей Шипилов, ранее работавший с ними на Иновещании. А вот Дмитрий «Гурвинек» Захаров появился через несколько дней. Олег же сошел с дистанции. Сошел, разочаровавшись в проекте и не поверив в его перспективу.

Хотя был достаточно активным во втором выпуске программы (9 октября 1987 года). После дебюта ребят обвинили в «имитации прямого эфира», причем коллеги-газетчики отмечали, что ведущие новой передачи (называлась АСБ-4) «симулировали умело». Вакуловский, подученный Анатолием Малкиным, после того как Листьев вволю постебался над публикациями, посвященными дебюту, обратил внимание зрителей на гигантский циферблат с секундомером в студии и попросил сверить часы. В презумпции того, что никакая записанная трансляция не может синхронить столь точно, секунда в секунду. Журики-скептики были посрамлены.

Дмитрий Захаров вспоминал:

– Мы много работали, и редкие моменты, когда удавалось выползти из «Останкино» и где-нибудь посидеть, воспринимались как праздник. Во времена «Взгляда» наша троица была очень сплоченной. Помню, сколько вместе было выпито, как мы переживали, когда нас закрывали, как играли с Владиком в теннис прямо на парковочной площадке, чтобы немного прийти в себя.

То есть здесь речь еще об одном мифе. Не было никакой близости, иллюзии были. Как там у БГ: «Сплоченность рядов есть свидетельство… страха сделать собственный шаг». Тот же Захаров отказался участвовать в создании кооператива «Взгляд», а Любимов очень ревниво относился к успехам Листьева, хотя, как мне кажется, был публикой обожаем более всех остальных (ну, быть может, кроме Политковского).

Первые несколько выпусков передача эфирилась под титулом «Вечерняя передача АСБ-4» (в соответствии с номером аппаратно-студийного блока; по иронии судьбы премьерное интервью с подводниками было снято на фоне аварийно-спасательного буя, который был маркирован аналогичной аббревиатурой).

Владимир Мукусев: «Для “еженедельной информационно-музыкально-публицистической развлекательной программы для молодежи” был объявлен конкурс на лучшее название, и нас завалили письмами: назовите “Ночной экспресс”, “Телескоп”… и наконец, “Взгляд”. Эдуард Сагалаев вызвал к себе режиссера Игоря Иванова и заказал ему заставку с названием». Считается, что Сагалаев при этом помнил о былой популярности US-журнала Look и именно этим для себя мотивировал выбор.

Любопытно, что ведущие очень быстро привыкли к четырем согласным, но никак не готовы были соглашаться на использование самого слова в названиях медийных проектов. В отличие от «щедрого» Листа вечные оппоненты Любимов и Мукусев солидарны, по мне, лишь в одном: их возмущает любое употребление слово «взгляд» в индустрии, они публично возмущаются тем, что «всякие там “новые” или “русские”, “мужские” и “женские” “взгляды” пытаются проехаться на нашей славе». Увы, о самой-то передаче многие забыли. А иные из тех, кто фанател когда-то от «Взгляда», навешивают и на сам проект, и на его создателей ярлыки коварных разрушителей великой державы. Хотя, конечно, страну ломала под себя комсомольско-гэбэшная элита, не желавшая, как их предшественники брежневской эпохи, довольствоваться пайками & распределителями. За что боролись, на то и напоролись, это правда.

 

 

На фото: Владик Листьев, Шура Политковский, Саня Любимов, Вова Мукусев... Даже по детским фотографиям видно: мальчики очень разные

 

Факт №02. Прикид ведущих 

В «молодежке» работали над прикидом: сразу было решено, что ведущие нового ночного шоу будут отличаться от дикторов и по одежке тоже. Стилистов как профессии на ЦТ СССР не было. В основном тут импровизировали продвинутые молодые режиссеры – Иван Демидов и остальные (роль выпускающих была быстро сведена к нулю после того, как один из них, Мукусев, сам сел в кресло ведущего). Так, к седой голове Политковского «приросла» знаменитая кепка, купленная на самом деле, как он мне рассказывал, для жены, Анны Политковской. А эффектный красавчик Саша Любимов закатывал рукава студенческой толстовки с перестроечной символикой.

Уже позже, с образованием ВИDа, «взглядовцы», обретя звездный статус, перестали внимать сержантским демидовским установкам. И зря. У Вани со вкусом все в порядке. И опыта в достатке. Все телевизионщики знают, например, что в кадре белое и красное «секамит», такова специфика ТВ-сигнала (SECAM, Séqu entiel couleur avec mémoire – система аналогового цветного телевидения, используемая в Европе). Красное «плывет», белое «горит». Так вот, Листьев, обретя (вполне, замечу, заслуженно) звание телекумира державы, порой заставлял операторов чуть ли не физически страдать, ведя программу в броском алом безрукавном пуловере поверх белоснежной сорочки.

Постпутчевый эфир 23 августа 1991 года Влад провел в белом свитере. Да, собственно, и на первый выпуск Лист явился в белом костюме (справедливости ради замечу, что все же не в «криминально» белоснежном, а в таком, слегка в кремовый отдающим). Впрочем, осторожный совет старших товарищей не злоупотреблять подтяжками как до смешного прямым подражанием в лоб скрипучему очкарику Ларри Кингу самоуверенный Лист тоже с усмешкой игнорировал. Ну право, кто из наших зрителей видел Ларри? А в девяностых единственным человеком, к мнению коего Влад прислушивался в сугубо профессиональных вопросах, был Костя Эрнст, уже доказавший, что про «картинку» он знает больше других. Но Константин Львович, видимо, про подтяжки Листу ничего не сказал.

У Дмитрия Захарова была излюбленная куртка серенького мышиного цвета. Он считал ее счастливой, потому что она еще во время работы на радио приносила Диме удачу. В этой униформе Захаров чаще всего и эфирил.

Владислав Флярковский: «В купленной еще во времена “Взгляда” курточке я потом вел все репортажи из Кремля для программы “Время”. Получив “взглядовскую” закалку, я категорически отказывался надеть пиджак».

На фото: Никотин не был главным наркотиком его жизни... Главным было мороженое. Правда-правда

 

Миф №03. Березовский рулил телевидением 

Борис Абрамович упорно не замечал, что время ушло далеко вперед и те представления, которые казались ему незыблемыми (поскольку он впитал их с молоком матери), уже давно и безнадежно устарели. Поэтому продолжает нападать на российскую власть Патаркацишвили, беспрестанно пугая народ грядущим «подавлением любого свободомыслия». Но! Свободомыслие – это свобода мысли. Параметр внутренний, а не внешний. Ничто не может помешать человеку мыслить, если у него есть такое желание.

Когда Борис Абрамович нанес визит коллективу свежеприобретенной газеты «КоммерсантЪ», он не нашел ничего лучше, чем в порядке знакомства произнести зануднейшую трехчасовую речь о том, как жить. Сотрудники редакции его дружно возненавидели и не сговариваясь решили саботировать все указания нового владельца. Даже руководители приобретенных Березовским СМИ, как могли, надували хозяина. Используя на всю катушку тот самый пиетет к гуманитариям, который у технаря Березовского в крови – БАБа всегда можно было пролечить разговорами про «концепцию», «формат» и так далее. Наблюдал, как это проделывали и Голембиовский, и Третьяков.

Был ли БАБ хозяином ОРТ? Рулить телевизионщиками невозможно. Люди это творческие и всегда найдут возможность фрондировать. Даже пресловутой Административно-командной системе (© Гавриил Попов) не удавалось строить работников ТВ в правильные шеренги, куда уж там олигарху с его подельником Бадри. Все-таки у мощнейшей АКС ресурс был солиднее. И то на нее забивали, когда считали нужным. Например, в первый день путча (19 августа 1991 года), когда танковые колонны рассекали по Москве, арестовывали и свозили в казарму ВДВ неприятелей коммунистического режима, и в «Останкино» готовы были к самым жестким мерам властей: в 15.00 на Первом канале, в самой главной программе державы «Время», озвучены вдруг сообщения международных информационных агентств: президент Империи Добра Джордж Буш осуждает путчистов, премьер-министр Великобритании Джон Мейджор осуждает, а Борис Ельцин вообще объявил их вне закона – генпрокурору Степанкову поручено возбудить уголовное дело. Просто шок. Все, кто видел это, замерли у экранов в непонятках, с широко открытыми очами, словно Бивис и Батхед в женской сауне. А это отважная выпускающая дирекции информации Татьяна Сопова на свой страх и риск сверстала революционный сюжет. А диктор взял и зачитал, как ему по должности положено. Репрессии, впрочем, даже грянуть не успели, потому что через пару дней вся история с переворотом стала историей.

Когда тот же Березовский приобрел ТВ-6 и пытался использовать этот ресурс как еще один инструмент борьбы с группой Лужкова–Примакова, руководитель канала Александр Пономарев (бывший шеф «взглядовской» «молодежки»), соглашаясь на словах с директивами владельца, тихой сапой проводил свою линию, основанную на персональных завязках с пресс-секретарем московского мэра Сергеем Цоем. Попытки БАБа ставить своих комиссаров типа Эдуарда Гинделеева или напрямую общаться с руководителями новостных подразделений ситуацию корректировали, помню, но не кардинально. Те, кто по тем или иным причинам симпатизировал лужковскому «Отечеству», упорно гнули свою линию, игнорируя распоряжения собственника.

 

 

На фото: что такое армия, ведущие «Взгляда» знали все

 

Миф №04. «Мальчики с Иновещания» вытащили счастливый билет 

На самом деле, они сначала не очень рвались на ТВ. Олег Вакуловский поэтому и свалил. Перспектив не видел особенных. И еще один момент. Денежное вознаграждение во «Взгляде», напомню, было более чем скромным – 40 рублей за эфир (я, например, вообще отказался заходить в бухгалтерию), а на престижном во всех отношениях Иновещании ребята получали до 375 рублей в месяц.

 

Год 1988. Факт №03. Возвращение тройки 

Руководитель отдела Сергей Ломакин, оставшись на ведении вдвоем с выпускающим Владимиром Мукусевым, пытался подтягивать альтернативных ведущих. Однажды пригласил актрису Елену Тонунц, которая сильно попалилась с эротической съемкой (она мне жаловалась, что фотограф ее попросту подставил, уверив, что целлофан, в который ее тело упаковали стилисты, будет отсвечивать и женских прелестей никто не узреет). Лена была на восемь лет старше Любимова, поэтому они с Ломакиным представляли совершенно другое поколение. Эфир был у них довольно странный. Рекламировали какие-то очки Андроповского завода. Не «Взгляд», короче.

Эфир от 1 апреля вообще вел Александр Маслюков. Тоже неформат. Выпуск закончили дурацким репортажем Саши Политковского якобы из Сибири, где он нашел-таки снежного человека. Йети появлялся в самом конце, когда Политура как бы падал в обморок. Бигфут отнимал у журналиста микрофон и весело приговаривал: «Фсклят, фсклят…» Под титры КВН-человек Маслюков прощался со зрителями «до следующей субботы, 1 апреля 1989 года». Обхохочешься.

В июне вернули в эфир тройку ведущих Захаров–Листьев–Любимов. Письма зрителей, публикации коллег, штурмы Сагалаева – все это сработало на восстановление статус-кво. И есть все основания полагать, что новые ведущие (Ломакин и Мукусев) были не в восторге от возвращения «премьерного набора».

На фото: Влад Листьев, Альбина Назимова, Константин Эрнст

 

Миф № 05. Рейтинг изначально был невысок 

Это спекуляции. Потому что не было тогда замеров.

Из моей беседы с Анатолием Лысенко (1991 год): «Прекрасно было бы, если бы на стол сегодня ложилась социологическая справка. Вот эту передачу смотрело столько-то человек, а эту – столько-то. Но социология на телевидении – ведомственная. Вот мы даже не заводим социологическую службу. А на ТВ была штатная социологическая служба. Я прекрасно знал ее суть... Чихнул на “Взгляд” Кравченко – “Взгляд” сразу на восьмом месте. А на первом месте верное “Время”. И ведущий самый популярный, конечно, Зорин (Валентин Сергеевич Зорин, ТВ-американист, лауреат Государственной премии СССР 1976 года.– Е.Д.). Улыбнулся Кравченко или сказал Горбачев милые слова – и “Взгляд” на первом месте. Это ведомственное. Но ведь у нас есть прекрасная система датчиков. У нас есть разработанная модель. Установить датчики, которые будут показывать, когда включается, когда выключается телевизор в нескольких семьях. Как во всем мире. Но у нас эти данные показателями не будут! Телевизор включен всегда! Человек пришел с работы: чпок, и все. А как определить? Опросить? Ну я опрошу своих знакомых. Они ни в коей мере не представляют народ. К сожалению».

 

Факт №04. Коллеги о Владе 

Иван Демидов: «Я работал на звезд – Любимова, Листьева, и я знаю, что с этими людьми надо быть другом, очень сильным другом, чтобы знать все их сильные и слабые стороны и как-то это выруливать… Там практически сразу собрались образы. Да простит меня Влад, я видел его без усов, но это нельзя было показывать народу».

Дмитрий Захаров: «Вальяжный Листьев… В перерывах между работой мы собирались за чашкой кофе в кафетерии на Пятницкой, трепались. Рассказы Владика превращались в шоу одного актера».

Леонид Кравченко: «Влад Листьев создавал ряд программ, пытаясь навязать “Останкино” новую программную сетку и, по сути, овладеть государственной телекомпанией. И наступил момент, трагичный для Влада, когда он объявил на полгода мораторий на рекламу. Что было дальше, вы знаете. Позднее выяснилось, что Листьев увел пять миллиардов рублей рекламных денег».

Елена Карпова: «Его не приняли, он не сдал экзамен, и что-то его повело в сторону написания статей… И он решил, что журналистика – это как раз то, что нужно. Он писал маленькие заметочки на спортивные темы, а потом пошел на журфак… Владик заведовал на факультете спортивной секцией… В коридорах “Останкино” я столкнулась со своим однокурсником по журфаку МГУ Владом Листьевым, он шел на кастинг ведущих программы, у которой тогда еще не было названия. Речь шла о “Взгляде”. Позже туда пришла и я, став музыкальным редактором. Очень хорошо помню, как радовалась тому, что могу приглашать артистов, которые были под запретом. В частности, в моем первом эфире звучали песни групп “Ноль” и “Кошкин дом”. Это было нечто!»

Сергей Ломакин: «Листьев, со своими пышными усами, сводившими с ума женщин, подходил на роль разгильдяя. Он, без сомнения, был шоуменом, это у него от природы заложено».

Анатолий Лысенко: «Усатый Влад, такой очаровашка, шармер, которого, казалось, вообще ничего не колышет, кроме возможности закадрить какую-нибудь девушку».

Владимир Мукусев: «Как человек, которого Влад сам как бы выбрал себе учителем, я могу сказать, что Листьев не состоялся как журналист. Может быть, и к лучшему. Потому что журналистов много, и есть даже институты, в которых их обучают. А для шоуменов, телеведущих у нас нет учебных программ, этот талант либо есть в человеке, либо нет. Влад был шоуменом от бога».

Александр Политковский: «Влад учился на том же отделении, на котором учился я. Все то же самое, тот же испанский язык, но я, например, намного хуже выучил испанский, чем он. Разные люди. Есть такая легенда, как будто мы все друзья. Да нет, не друзья – соратники… С той поры, как Влад закодировался, для приятельских застолий он стал потерянным человеком. Помню, как-то собрались хорошей компанией у меня дома – с женами, с семьями, как полагается. Накатили мы бутылочку-другую, на душе сразу потеплело, все расслабились. Все, кроме Влада. Он спиртного ни грамма в рот не берет – ни шампанского, ни пива. Вы представляете, каково компании сидеть за одним столом с абсолютно трезвым человеком? Уже и разговор не очень стройный, и все не столько других слушают, сколько сами сказать стараются... А рядом кто-то сидит и трезвым взглядом за тобой наблюдает».

Кира Прошутинская: «Пройдя через испытания, которые ему выпали, я имею в виду славу, деньги и все остальные атрибуты популярности, он остался нормальным человеком».

Эдуард Сагалаев: «У каждого в передаче было свое амплуа и свое прозвище. Влада так и звали – Влад. Я его для себя называл гусаром... Усы, несколько жен, кажущаяся тогда легкость в поведении и в мыслях. Такое вот шаловливое дитя. Я бы слукавил, если бы сказал, что уже тогда рассмотрел в нем звезду... Был момент, когда он просто висел на волоске – стоял вопрос об увольнении, отлучении от эфира в силу, так сказать, плохой дисциплины».

Константин Эрнст: «Он, безусловно, был самым популярным ведущим в стране, и, может быть, самым популярным человеком в конце восьмидесятых – начале девяностых в стране… Но я его ведущим никогда не воспринимал. Если ведущий по ряду причин уходит из программы, он обычно находит себе замену, безусловно, гаже, чем он сам, чтобы сравнивали, чтобы помнили. Влад всегда выискивал человека, который в чем-то даже лучше, чем он… И в этом была не только его внутренняя человеческая широта, в нем была вот эта легкость и точность продюсерского видения». 

В школе он был круглым отличником лишь по физкультуре. В 1971 году попал в спартаковскую легкоатлетическую школу-интернат имени братьев Знаменских и начал заниматься в группе заслуженного тренера СССР Николая Голованова.

Срочную служил в знаменитой Таманской гвардейской дивизии («Когда его забрали в армию, после построений отпрашивался у старшины, надевал кроссовки и шел бегать. На него все смотрели как на ненормального: только что маршировал, а теперь еще и бегать пошел. Но в этом был весь Влад…» Впрочем, и на гражданке Влад бегал с Севастопольского проспекта к своей тетке Надежде Ивановне, которая жила рядом с метро «Университет», потом «мог бежать к другой своей тете, которая жила еще дальше»).

Спортом увлекался и после армии. В 1978 году на розыгрыше Кубка СССР Листьев победил в беге на 1500 метров.

Как рабфаковец поступил на престижное международное отделение журфака МГУ.

На Иновещание пришел в «Отдел жизни в СССР» Главной редакции пропаганды и из ОЖС ГРП ушел в «молодежку» (1987).

С 1991 года – генеральный продюсер телекомпании ВИD, а с 1993 года – ее президент. Был создателем и ведущим следующих телепроектов: «Поле чудес», «Тема» и «Час пик». Приглашался в жюри Высшей лиги КВН.

В сентябре 1994 года занимает пост вице-президента Академии Российского телевидения.

В январе 1995 года назначен генеральным директором АО «Общественное российское телевидение» (ОРТ).

На фото: то, что он едва не стал профессиональным советским спортсменом, Владислав никогда не забывал. Стал профессиональной мегазвездой...

 

Миф № 06. Передача появилась по инициативе КГБ СССР 

Про передачу говорили, что она-де «комитетская», потому что двое из первой тройки ведущих (Захаров и Любимов) были сыновьями дипломатов, причем про разведчика Михал Петровича Любимова уже тогда было очень даже известно, какого именно рода он был дипломат. Да и сомнений насчет захаровского отца ни у кого не было: шпион.

Непосредственно чекисты концепцию эфира, конечно же, не разрабатывали. Свои люди у них были, опять же «конечно», во всех редакциях, это вне сомнения. Мукусев, будучи депутатом в 1990–1993 годах, получил доступ к гэбэшным архивам и увидел доносы на себя и своих коллег. Да, КГБ пристально пас телевизионщиков. Но контроля ради, а не руления для. На самом деле Лубянка просто подготовила 14-страничную справку для ЦК КПСС, в которой явственно читался намек, что пора окончательно завязывать с практикой глушения так называемых радиоголосов. Идеологический отдел ЦК спустил вымученное решение о вечерней молодежной развлекаловке в Гостелерадио.

 

Год 1992. Факт № 05. Документы КРУ Минфина 

Владимир Мукусев: «В конце 1992 года Комитет по СМИ попросил меня как телевизионного профессионала, прошедшего путь от младшего редактора до главного выпускающего программ, сделать экспертную оценку документов КРУ Минфина по проверке “Останкино”… В этих документах я обнаружил несколько страниц, посвящtнных деятельности ТО “Эксперимент” (бывшей молодежной редакции ЦТ). И это был приговор. Возьмем, для примера, программу “Поле чудес” и условные деньги. Фактически передача стоила пусть тысячу рублей. Коммерческая организация ВИD заключала договор с государственной организацией “Эксперимент” о производстве “Поля чудес” не на тысячу рублей, а на сто тысяч. Мало того, на эту тысячу рублей снималась не одна, а четыре передачи: государственные средства разворовывались в фантастических масштабах».

Считаю нужным все же уточнить. Деньги, которые зарабатывал Листьев с партнерами, шли на расширение компании. Как только вставал вопрос о разделе дивидендов, Разбаш проявлял инициативу: надо закупать аппаратуру, помещениеetc. То есть все вкладывалось в структуру.

Почти все акции Влада унаследовала Альбина. Выйдя замуж за Разбаша, она и ее новый супруг консолидировали доли. А потом… Потом все «взглядовцы» расстались с этой бумажной собственностью. Все, кроме одного – Александра Любимова. Его тезка Политковский мне рассказывал:

– Любимов собрал нас, сказал: «У нас проблемы с Первым», мы, мол, должны продать свои доли. Переговорщиком с представителями канала назначили Ваню Демидова. Я уперся. Саша Горожанкин тоже вроде как сопротивлялся. Но недолго. Со мной встречался Андрей Разбаш, уговаривал отдать акции. Все было очень запутано. Там темные истории были с кредитами, которые понабрал Влад.

Компанию у создавших ее фактически отнял Первый канал. Отнял с подачи и при содействии Саши Любимова. Любимова, оставшегося, между прочим, единственным совладельцем из всех оригинальных акционеров (у него по-прежнему 25% акций, больше, чем было при основании ВИDа). Этого ему экс-соратники не могут простить по сию пору.

 

Год 1995. Факт № 06. Мораторий Влада 

20 февраля Листьев объявил о вводе моратория на все виды рекламы, пока Первый канал не разработает некие «этические нормы».

После путча «Останкино» продавало рекламным агентствам эфирное время по стандартной цене, а те перепродавали его, иногда за бартер. Кроме того, пошла «джинса» (так называемый черный нал за пиар, тоже черный порою). Лидером рекламного рынка на ТВ была компания Premier-SV. Ребята Лисовского закупали мексиканские сериалы («Богатые тоже плачут» и т.п.), получали под них рекламные заказы и передавали права на показ «Останкино». В каждой серии – минут десять рекламы, и за каждую минуту Premier-SV получала по 8 тысяч долларов. Прибыль была свыше 500%.

В «Останкино» было аккредитовано 14 рекламных агентств. Они, собственно, и владели Первым каналом. «ИнтерВИД» Саши Горожанкина был не соизмерим с концерном Лисовского. Все попытки консолидировать поступления бабла заканчивались провалом, Листьев и его коллеги не могли ничего сделать в этом смысле. Борис Березовский предложил акционировать канал и сделать его, условно говоря, народным (по образцу его терпящего крах АВВА – Автомобильного всероссийского альянса). Аналогичные предложения Влада и его партнеров поддержку в Кремле не находили. Но вот БАБ сумел сделать так, что в конце ноября 1994 года Ельцин подписал-таки указ об акционировании «Останкино».

На фото: полуофициальный лозунг компании был «Все только начинается»

1 марта 1995 года Лист провел эфир своей передачи «Час пик» (Первый канал, 19.10). После этого вместе со своим секретарем Елизаветой Кузьминой (ее потом допрашивали раз десять) отсмотрел по телевизору передачу «Счастливый случай», которую продюсировал (это калька ТВ-игры «Гонка за призом»). В 20.13 выехал домой, где в 21.05 на лестничной площадке между первым и вторым этажами (жил на третьем) пятиэтажки получил первую пулю в правое плечо и тут же вторую – в затылок («потерпевшему было причинено сквозное огнестрельное ранение правого предплечья и слепое огнестрельное ранение головы, явившееся причиной смерти»).

В 21.09 в отделение милиции №47 поступил вызов, через десять минут приехал наряд, следом «скорая», которая увезла тело в морг №1. То, что это заказное убийство, было очевидно: в карманах остались деньги – 6207 долларов и 484,400 рублей. А в 22.25 об убийстве телекумира страны телезрителям сообщил ведущий программы «Сегодня» Михаил Осокин. Позднее «Времечко» выдало в эфир сюжет из двора Новокузнецкой улицы, 30. Там к тому времени толпилось человек пятьсот.

Тогдашний вице-президент Альфа-банка Александр Гафин вспоминал, что когда Листьева назначили генеральным директором ОРТ, он на совете директоров предложил закрепить за ним телохранителя, но в ответ на это предложение «все члены совета директоров и сам Листьев рассмеялись».

Замечу, после гибели Листьева многие из коллег поступили достойно. Например, его самый близкий друг той поры Леонид Ярмольник (с которым Влад делал «L-клуб»). Леня знал о некоторых финансовых обязательствах Листьева. О том, допустим, что тот намеревался купить режиссеру Тане Дмитраковой квартиру. И он просто позвонил ей и сказал: «Я знаю, что Влад тебе обещал, возьми у меня деньги». Это просто удивительное благородство для людей, которые на самом-то деле деньги умеют считать. ТВ-компаньоны Влада были людьми порядочными. В основном. Они помогали всем родственникам убитого, даже семье Елены Есиной, первой супруги Влада. И то, что их упорно пытались окучивать следователи на предмет причастности к преступлению – дикая несправедливость. Эти умельцы умудрились извести вопросами даже дочь сожителя Есиной, которая видела-то Листьева лишь по телевизору. А экс-тещу допрашивали так, что у нее случился гипертонический криз. 

Александр Политковский (через сутки после убийства): «Убили его из-за денег, сейчас все определяют деньги, а точнее – власть и деньги, политика и деньги. Деньги делают политику, а политика делает деньги». 

Эдуард Сагалаев (через неделю после убийства): «Не верю в то, что Влад был убит из-за своей новой работы на ОРТ. Потому что он не имел прямого отношения к тем решениям, которые были приняты относительно рекламы на Первом канале. Люди, которые работают в рекламном бизнесе, прекрасно знают механизм принятия известного решения о запрете рекламы с 1 апреля [1995 года]. Они знают и инициаторов, и учредителей. И они прекрасно понимают, что далеко не Листьев принимал это решение. И если бы эти люди хотели отменить принятое по рекламе решение, они бы вряд ли стали это делать, да? Они же не дураки, они прекрасно все понимают». 

Анатолий Лысенко (через пятнадцать лет после убийства): «Думаю, что причина личная – коммерческая деятельность Влада… Он кого-то не того кинул, где-то что-то не поделил… Никакой высокой политики там не было». 

На следующий день после убийства Листьева состоялось ток-шоу во «взглядовской» студии. На подиуме стояло пустое синее кресло Влада. Любимов на съемке отсутствовал, он был за границей. Первым слово взял Разбаш. Затем Демидов. Лысенко. Сагалаев. Про мафию что-то кричала Ирэна Лесневская. Сванидзе призывал Ельцина к ответу. Из концертной студии в режиме телемоста вещал Сергей Доренко, который, как всегда, был неотразим: рассказал, какое впечатление Влад произвел в свое время на бабушку советского шоу-биза Людмилу Гурченко (Доренко с января 1995 года вел на Первом «Версии», что производила компания Лесневской, в сентябре его уже слили). В студии внимание приковывал Костя Эрнст. Не тем, что, в отличие от костюмоносцев, пришел в черной косухе и/или был по-битловски неформален со своей артистической прической. А тем, что не пытался тянуть одеяло на себя, хотя «видовцы»-то знали, что Влад опирался на Костю. В вопросах теоретических, так уж на 90%.

Андрей Макаров: «На следующий день после гибели Влада мы сидели с Альбиной в их маленькой квартирке и с ужасом наблюдали, как в “Останкино” (кстати, в той же самой студии) из его смерти политики создавали шоу. Это было ощущение дешевого пиара с привкусом плясок на погосте. В какой-то момент Альбина встала и со словами «Все, больше не могу» выключила телевизор».

На фото: на экране Влад, как правило, улыбался. В кулуарах часто был сосредоточен

Владимир Мукусев: «В нашей четвертой студии останкинского ТВ, “взглядовской”, действительно “взглядовской” студии, собралось человек сто – журналисты, политики, артисты. “Взглядовцев” было всего трое: Политок, Дима Захаров и я».

Добавлю, что это не совсем так. Мукусевтрадиционно числит «взглядовцами» лишь ведущих программы. А в студии были люди, которые последние пять лет (перед гибелью Влада) в значительной степени формировали политику компании «Взгляд и другие» и влияли на судьбу отечественного ТВ: Иван Демидов, Андрей Разбаш и Константин Эрнст.

По мне, самым концептуальным моментом того эфира было воспоминание Татьяны Митковой о новогоднем мегаклипе Константина Эрнста «Улыбка»: он в 1993 году собрал ведущих конкурирующих проектов и они вместе с Аллой Пугачевой спели «общую песню», такой телевизионный «We Are The World». Вокалисты: Станислав Бэлза, Иван Демидов, Игорь Кириллов, Евгений Киселев, Дмитрий Крылов, Леонид Якубович, Юрий Николаев, Светлана Моргунова, Леонид Парфенов, Игорь Угольников и «взглядовские» Саши (Любимов + Политковский), дуэтом отвокалившие строчку «Лучше всяких слов взгляды говорят». Так вот, Миткова напомнила: Эрнст поставил Влада в открытие, первым. Хотя слуха и голоса у того не было. Но! Был дар. Быть первым.


Присоединяйтесь к нам

КОММЕНТАРИИ

Рубрики

Новое