Ваш отзыв

Комментарий


Закрыть


Тексты / Общество /Колонки

Хочу быть шлюхой. Арина Холина – о новых и старых феминистках

Хочу быть шлюхой. Арина Холина – о новых и старых феминистках

Тэги:

Вдруг откуда ни возьмись объявляются люди с уникальным мнением: «Нормальная женщина не может быть феминисткой – они подмышки не бреют и дерутся, если мужчина открывает им дверь».

Причем такое можно услышать не только от человека, который вылез из норы и узнал, что изобрели электричество, телевизор и трехслойную туалетную бумагу.

Это произносят и пользователи Facebook с докторской степенью, и даже мужчины, с которыми ты теоретически способна заняться сексом (ну в определенных обстоятельствах, конечно: алкоголизм, отчаяние, саморазрушение… но все-таки можешь это представить).

Пусть анализируют психологи, а я лично их просто осуждаю и даже отчасти жалею, так как намертво застрять в собственных пубертатных страхах – небольшое удовольствие.

Да, конечно. Лет тридцать назад были такие радикальные феминистки – ничего не брили, носили мужские костюмы и переругивались с мужчинами, если те подавали им руку.

Но, знаете что? Это все равно было забавно.

Сейчас любой знаком с третьей волной феминизма по сериалу «Секс в большом городе». Эти девушки – гламазонки, для которых и карьера, и мужчина, и независимость – равные ценности. Их трудно упрекнуть в несексуальности и мужеподобии.

Но женщины этого поколения еще помнят времена, когда боссы грозили увольнением, если работницы откажутся вступать с ними в сексуальные отношения. Ну помните эти скандалы из девяностых – sexuаl harrasment.

Первое показательное выступление было в 1991-м, когда сотрудницы шахты в Миннесоте подали коллективный иск. На самом деле женщины обращались в суд с 1984 года – но результатом были только порезанные покрышки машины истицы и наглый отказ компании выплатить штраф.

Много лет женщин унижали, оскорбляли словесно и запугивали. (Посмотрите сериал «Жизнь на Марсе», UK.)

Любая, кто столкнулась с этим (а сталкивалась – любая), знает, что такое жить в напряжении, просыпаться каждый день с вопросами: будут ли к ней приставать? если отказать – уволят? что делать?

Это синдром женщин моего поколения: Что в тебе видит босс – вагину или профессионала? И если его накроет острая сексуальная недостаточность, не станешь ли ты жертвой собственной принципиальности?

И вот как раз эти мудозвоны из Facebook с докторской степенью, такие благообразные, такие серьезные мужчины с женой и детьми (и даже, возможно, с любовницей) – они считали нормальным, принимая женщину на работу, закладывать в сделку сексуальные услуги.

Причем это как-то так странно работает – вот именно в ту секунду, когда мужчина становится работодателем, ему вдруг чудится, что он обрел над тобой всевластие. Знакомый отца моей подруги, такой весь добрый дядюшка, о котором никто никогда ничего такого и не подумал бы, изменился ровно в то мгновение, как взял ее в штат. Ну то есть просто набросился. Выходит, что мужчина – это часовой механизм, который только и ждет, когда же он сможет как следует унизить женщину?

Стоит ли удивляться, что женщины, которые хотели сделать карьеру, надевали мужские костюмы и отбивались от мужчин чемоданами, которые те пытались вырвать у них из рук? Галантность так много раз служила прикрытием развязности, что уж лучше мы сами, чем потом выслушивать, что ты шлюха, только потому, что «дала ложную надежду».

К счастью, для современных девушек такое поведение – уже что-то сенсационное. Невероятное.

И эти девушки не боятся быть сексуальными, смело носят крошечные шорты и экстра-короткие юбки (даже если у них 18-й английский размер), прозрачные майки, вульгарно красятся и используют столько бижутерии, сколько в человеческих силах. Они хотят выглядеть, как шлюхи, потому что за несколько десятков лет это слово, «шлюха», изменило смысл и приобрело новое социальное значение.

Одно из самых популярных событий Европы – SlutWalk. Парад Шлюх. Это парад против насилия над женщинами и вызов мнению «сама виновата».

Выглядит все очень весело – толпа почти раздетых девиц с плакатами «Любую можно назвать шлюхой!», «Это МОЕ сексуальное тело! Делаю с ним, что захочу!», «Мой наряд – не приглашение!», «Вините насильников, а не сиськи!» идет по какой-нибудь мировой столице.По Берлину или Торонто. Девушки либо практически голые, либо одеты, как проститутки (ну в общем представлении о том, как одеты проститутки). Смысл в том, что женщина имеет право одеваться, раздеваться, краситься и причесываться, как ей будет угодно – и ни один задрот или извращенец не посмеет назвать ее шлюхой или прикоснуться к ней без ее желания.

Правда в том, что сексуальность – это уже давно не чулки и не кружевные трусы, как до сих пор считают на сайтах типа Порево.инфо.

Чулки – это просто одежда, стиль. И очень редко заявление о готовности немедленно заняться оральным сексом (или каким угодно другим).

Понимаете, девушки, которые на полном серьезе надевают каблуки, чулки и короткое платье расцветки «под леопард», выглядят довольно странно – они уже просто фрики.

Эти новые женщины – они знают все о собственной сексуальности, а главное – понимают, что имеют на нее полное право, и уверены, что люди могут быть соблазнительным, если хотят, и это не безнравственно и не предосудительно

Для европейских женщин такой секс-имидж на полную катушку – это зоопарк. Моя берлинская подруга нарочно ходит каждую субботу на коктейль в бар «Ньютон» (в честь Хельмута Ньютона, там его фотографии), где как раз собираются командировочные из какой-нибудь Швабии или Баварии, а на них косяками идут секретарши и менеджеры среднего звена. Такие дамы лет тридцати пяти в обтягивающем и с тоской в глазах. Женщины предлагают себя – мужчины оценивают. Но это шоу, понимаете? Сцены из прошлой жизни.

Нормальной современной девушке и в голову не придет вот так соблазнять мужчин. Это архаично и смешно.

Понимаете, это как Хеллоуин, когда все становятся развратным медсестрами и похотливыми полицейскими. Потому что сексуальность – это свобода, а свобода – это сексуальность. Раз в год ты имеешь право на то, чтобы твой наряд не осуждали, чтобы мужчины не думали, что ты только и мечтаешь об их члене, и что если ты им отказала – то ты блядь последняя.

Один раз, в канун Дня всех святых, одежда, внешность утрачивают какие-то привычные значения.

Но эти самые современные девушки – они уже не готовы играть эти роли, в эти игры. Они хотят развлекаться и быть сами собой 365 дней в году, а не всего одну ночь.

Потому что их поколение усвоило: призыв к сексу – это нечто иное, чем короткая юбка. Архаичные коннотации такой вот юбки с «женщиной легкого поведения» – это из древности, про которую понимают уже только те, у кого: а) уже давно не стоит; б) психи/маньяки.

Даже голая грудь – это еще не сексуальность. С помощью тела активистки группы Femen (против сексуальной эксплуатации женщин) выражают свой протест. Конечно, тут можно привязаться, мол, они лишь привлекают внимание, причем довольно примитивно. Но, с другой стороны, женщины знают, как это утомляет, если каждый таращится на твои даже одетые сиськи так, будто они выставлены на порноресурсе.

Есть гениальная теория – «одежда должна оставить простор для воображения», ну то есть скрыть максимум, чтобы тот, кто тебя раздевает, смог как следует возбудиться. Но женщина не должна прятать свое тело только потому, что у некоторых проблемы с потенцией (или с религией, что часто одно и то же). И уж точно женщина не должна считать собственную грудь чем-то стыдным или, там, провокацией.

К счастью, эти нагромождения шаблонов взяли и сдвинулись – а те, кто постарше, так и не поняли, что новое поколение – оно другой природы.

Современные феминистки, девушки лет двадцати-двадцати пяти – это иная форма жизни, у которой другие отношения с собственным телом. Они его не стесняются, не считают, что обнаженные ноги – вызов (или призыв), они просто живут и одеваются так, как им нравится, как удобно. Они могут быть гетеро-, или гомо-, или бисексуальны (это уже не имеет ни малейшего значения), у каждой – игрушки из сексшопа, и они не торгуют собой [на рынке невест], а развлекаются.

У них нет рамок: вот так я секси, а так нет, вот так выглядеть стыдно, а так прилично.

Мы сейчас живем в очень соблазнительном хаосе, где на первый взгляд нет правил, но есть этика, которую уже даже неловко озвучивать, так как большинство из этих дивных новых людей с ней просто рождаются.

Для них секс – это не акт охоты, агрессии и борьбы полов. Секс – это нечто прекрасное и естественное, как море и солнце, как хорошее кино или новое модное платье. Секс – это смесь дружбы, доверия и физического наслаждения, а не результат мучительных интриг и нечеловеческих усилий.

Эти новые женщины – они знают все о собственной сексуальности, а главное – понимают, что имеют на нее полное право, и уверены, что люди могут быть соблазнительным, если хотят, и это не безнравственно и не предосудительно.

С точки зрения какого-нибудь престарелого извращенца, они всешлюхи, потому что мужчина старого образца все надеется, что женщина выряжается и старается лишь для него. Это потребительское отношение с чувством собственного мужского превосходства давно уже не в ходу. Его отменили – как франки или лиры (и не надо о кризисе евро, эта единица – лучшее, что придумали после бальзама для одежды).

И, конечно, современная феминистка (а почти все современные женщины – феминистки, даже домохозяйки) хочет быть «шлюхой» – уже потому, что не знает, как это по-другому, что это такое быть зажатым, затюканным созданием, которое валится без сознания при слове «вибратор».

Сейчас не стыдно быть даже порнозвездой – вместе с депрессивно-маниакальной Линдой Лавейс в наши дни блистает уверенная в себе Саша Грей, которая не стесняется ни секса, ни своей карьеры.

Грей стала немного символом нового поколения – это женщина, которую не замарал даже секс за деньги, и я тут не про общественное порицание, а про ее чувство собственного достоинства. То самое чувство, которое мы, обычные женщины, утрачиваем, стоит какому-нибудь засранцу ущипнуть нас за жопу.

Но мы всего лишь боимся (причем до паники, до слез) быть использованными. Будто мы товар, который можно испортить, как пирожное, если потрогать его руками.

Это у нас, гламазонок средних лет, такая психология – мы все еще считаем, что секс (или слишком много секса) может нас опорочить, и на нас негде будет ставить клеймо, и никто не женится.

Поэтому нам тоже очень хочется быть шлюхами – как этому новому поколению, только мы страшимся, оглядываемся на прохожих и пытаемся натянуть юбку на колени (типа, я слишком старая для этого, слишком толстая и вообще – что люди-то подумают!). Мы боимся собственной сексуальности, боимся быть невостребованными или слишком востребованными – все одинаково плохо, так как чего нет, того нет – вот этого достоинства, уверенности в своей правоте и собственной значимости.

Мы всего лишь модели переходного периода, но на наших ошибках выросли эти прекрасные девушки, которые так уверены в себе, что никто не смеет их осуждать.


Присоединяйтесь к нам

КОММЕНТАРИИ

Рубрики

Новое