Ваш отзыв

Комментарий


Закрыть


Тексты / Общество /Колонки

Проспект Цукерберга, несахарный Кремль. Наталья Осс – о поворотном моменте белой революции

Проспект Цукерберга, несахарный Кремль. Наталья Осс – о поворотном моменте белой революции

Тэги:

Митинг на Сахарова только очень злой человек назовет провальным. Все было устроено прекрасно и мимимишечно – вплоть до бумаги в туалетных кабинках. Вот что значит интеллегентные люди – знают, что политическая культура парламентаризма не сочетается с эстетикой выгребных ям, вечнороссийским очком.

И никакой вип-зоны не было. Была зона для прессы, где прессе были созданы идеальные условия. То есть прямой доступ к ньюсмейкерам и полная свобода передвижения. Нас пропустили за ограждение по пресс-карте, без специальных аккредитаций и бейджев. Вот что значит иметь в оргкомитете митинга журналистов, натерпевшихся от бюрократии.

Митинг на Сахарова стал праздником победившей медиакратии. Это наша розочка на торте. Даже ведущие митинга – на 70 процентов журналисты, если вычесть Владимира Рыжкова из суммы Ольги Романовой и Василия Уткина.

И Юрий Сапрыкин подтвердил свою репутацию лучшего организатора концертов и медиапикников. Сцена, шары, шатры, песни, микрофоны, экраны, растяжки, усилители – титаническая подготовительная работа видна невооруженным глазом. И понятно, что это все очень трудно, ответственно, в кратчайшие сроки.

И белые ленточки, значки, шарики, изготовленные энтузиастами – выше всяких похвал. И плакаты еще смешнее прежних. И люди приятные, родные, свои.

Все отлично. Только митинг, заявленный на проспекте Сахарова, стал митингом на проспекте Цукерберга. Цукаты вообще вкуснейшая вещь. Я их обожаю и первыми сковыриваю с торта.

Теперь интересно, кто еще любит цукаты и первым сковырнет их с нашего медиакратического торта.

Мои коллеги-журналисты заедали митинг несладкими хинкали, пока я заканчивала съемку интервью. Когда добралась до места привала, обнаружила их в состоянии раздражения и легкой депрессии. «Ты фактуру давай, что там было интересного?!» – «Все было хорошо», – ничего более захватывающего я сообщить не могла. Кроме того, что Навальный вблизи страшен. А еще страшнее, что многие приличные люди его не боятся, а даже истово приветствуют. Евгении Альбац, например, Навальный очень нравится. И Артемию Троицкому тоже. Коллеги были разочарованы: «Революция закончилась. Все, больше не пойдем». И не потому, что экраны стоило выдвинуть дальше в толпу, потому что ничего не видно. И не потому, что единственной фразой, услышанной ими на митинге, была быковская «История поставила на нас и положила на них». И даже не потому, что стоявшие рядом «простые люди» комментировали выступления ораторов зло и едко. А потому, что почувствовали опереточность происходящего на сцене и знакомое по девяностым ощущение диссонанса между намерением и результатом.

«Между нами – Иордан», – сказал, а потом написал в ФБ недобрый, но внимательный писатель Валерий Зеленогорский, отделив себя от сцены. При том, что на сцене были его личные друзья.

Мне, работавшей за Иорданом и беседовавшей со этими прекрасными людьми, тоже кое-что было видно. Хотя не все выступления из-за кулис слышны так, как на площади.

Из-за кулис понятно, что есть только одна вип-зона – сцена. Там скрылся Алексей Кудрин, туда стремглав побежала Ксения Собчак, там царил Навальный. И приходили эти волхвы с другой стороны, с Садового кольца, что, конечно, тоже символично. Народ-то шел с «Красных Ворот» или с площади трех вокзалов. «Кто на сцене стоит?» – спросила я Сапрыкина. «Кто хочет стоять на сцене, тот, видимо, и стоит», – ответил он несколько иронически. Возле сцены чувствовалось, что есть более свои и более чужие. Свои – они немного «более лучше». Но и среди своих тоже наблюдалось разделение: одни хорошие пришли сами по себе, другие – с охраной. Тоже маркер искренности.

На сцене происходит историческая во всех смыслах суета. Бывшие лидеры доигрывают свои коронные роли. Несостоявшиеся лидеры примеряют на себя чужую, не по размеру шинельку. Власть, уже расщепленная, ищет пути диалога

Желание постоять на сцене – и это уловила чуткая и ревнивая медиакратия – составило одну из интриг митинга. Кто с кем договорился и соответствует ли договоренность рейтингу оратора в «Фейсбуке»? Мелкая возня сильно диссонировала с величием момента. Кому охота наблюдать итоги борьбы за место на сцене, если итоги неутешительны? Выступающие один за другим промахивались мимо аудитории. Даже умный Алексей Кудрин. Медиакратия кричала: «Молодец!», но свиста это не могло отменить.

Но все же стоит отвлечься от частностей и воспарить над сценой птицей, сидящей на операторском высотном кране.

Что такое эта сцена? На ней происходит историческая во всех смыслах суета. Бывшие лидеры доигрывают свои коронные роли. Несостоявшиеся лидеры примеряют на себя чужую, не по размеру шинельку. Власть, уже расщепленная, ищет пути диалога. Выступление Кудрина – это привет от той части истеблишмента, которая голосует за бескровный выход из политического кризиса. Ксения Собчак в белой неслучайной курточке, дочь демократа первого призыва, которую Владимир Путин держал на руках, – это, конечно, явленное вещественно подсознание власти. Власть хотела бы и дальше быть этой умненькой, ловкой девушкой в демонстративно-белом, извлекать максимум из своего положения, иметь высокий рейтинг в нашем-доме-России и служить ее медиаиконой. Но ее освистывают, ее больше не хотят. А Ксения сказала важное – ей есть, что терять.

Власти теперь так страшно, что она посылает в народ своих лучших, самых умных и честных детей.

Навальный был одним из немногих, кого не освистали. Журналисты побросали свои интервью и понеслись к сцене – послушать. Я дослушалась до мурашек. И тут случился для меня момент тишины, прямо в разгар митингового перформанса Навального. Сначала ведь чувствуешь кожей, а потом – головой.

Пока общественность совершенствовалась в подготовке митингов с плазмой и хорошим звуком, эта форма протеста устарела. Скучны и неточны были выступающие, потому что митинг закончился в тот момент, когда начался. Сам факт выхода на площадь десятков тысяч граждан утащил повестку дня далеко вперед, ораторы и организаторы оказались в хвосте. Навальный был до дрожи актуален – вот и не свистели. Сказал, что может взять Кремль прямо сейчас. Но пока не будет, пока послушает Кортнева. Навальный умеет называть вещи своими именами, чего хороший хипстер или хороший Кудрин не сделает никогда. Из природной деликатности, свойственной европейцу. Навальный силен не тем, что нравится Евгении Альбац, но тем, что говорит на языке власти. «Это – наше!»

Золотые перья уже видят себя в Европарламенте, цукатами на торте. А на повестке дня – вовсе не сахарный Кремль.

Кремль тоже считает, что «это – наше». И он уже грозно прорычал в ответ: комментарием Пескова, новым приговором Удальцову, дразнилкой Радзиховского в адрес хипстеров, любящих комфорт и не желающих крови. Кремль не разговаривает с сахарным проспектом. У него азиатский говор.

Люди, привычные к суровому восточному климату, были на теплой, влажной Болотной в меньшинстве, на подмороженном Сахарова их стало уже больше. Они понимают язык «это – наше».

На Пушкинской вечером в субботу я поймала машину. Первую попавшуюся, к вопросу о теории вероятности. Водитель сразу же начал про митинги. Он не был на Болотной, не был на Сахарова. Но представился правозащитником, отсидевшим по статьям за антисоветчину, и завел разговор о политике, да такой подробный, с именами и деталями, что мне сделалось не по себе. Повадка у него была неинтеллигентская. Козырнул знакомством с редакторами отделов преступности серьезных газет и рассказал, что в колонии дают только черный хлеб. Поэтому на воле он ест исключительно белый.

Чтобы как-то увести его мысли в сторону от лагерной тематики, я спросила: «Если вы такой принципиальный, почему не были сегодня на проспекте Сахарова?»

– А я на такие митинги не хожу. Они хорошие, веселые, вот непростые такие вроде тебя на них пусть ходят. Я потом пойду. Когда настоящая война начнется. Ты же понимаешь, что мы сделаем с ними, да? 

А я подумала: «Надо и дальше ходить на митинги. Борьба за место на сцене все-таки смешнее войны».

.  


Присоединяйтесь к нам

КОММЕНТАРИИ

Рубрики

Новое