Ваш отзыв

Комментарий


Закрыть


Тексты / Интервью /Маша и медведь

Анастасия Волочкова: Я больше, чем Большой театр!

Анастасия Волочкова: Я больше, чем Большой театр!

Тэги:

Нам все в ней не нравится. Брови, шея, плечи, грудь. Свадьба, развод, отпуск на Мальдивах, купание в ледяной бочке в русской бане. Письмо против Ходорковского, борьба за кресло мэра Сочи, выход из «Единой России».... Ну, в общем, все!

Анастасию Волочкову за что только не ругали. За то, что не так танцует, не так разговаривает, за дурновкусие и откровенные фотографии в интернете. Однако не каждая артистка, согласитесь, на пике карьеры может сказать себе: все, хватит, теперь я ничего не должна искусству, теперь искусство должно мне! Для этого нужно иметь как минимум железную волю и трезвую самооценку. Под гламурной внешностью, хлопающими ресницами и слоганом «поцелуй меня в пачку» оказалось именно это.

Волочкова сама сочиняет свою жизнь день за днем, будучи в плену у этого времени с его фальшивыми ценностями. Причем многие подобные ей девушки, которые строили карьеру на скандалах и романах с олигархами, вдруг резко меняют свой имидж, уйдя в Общественную палату, как Канделаки, устраивая головомойку в дорогом ресторане главе Росмолодежи Якеменко, как Собчак. Впрочем, и Волочкова ушла из «Единой России».

Она могла бы выжать слезу, заставить себя пожалеть – оснований для этого достаточно: из театра уволили, муж бросил, с матерью жестокая ссора, отец – инвалид, но…Вместо этого она всем упрямо твердит, что самая счастливая, что у нее самое лучшее шоу в мире, что у ее ног все миллиардеры, и завтра специальный самолет отвезет ее в Париж, – а это уже вынести ну никак невозможно. У нас любят несчастных, сломленных, спившихся, покаявшихся. Она не такая.

Открытие Большого театра после ремонта обернулось большим скандалом. Скажите, а вы там давно были?

– Я была там незадолго до открытия. Писала очередное заявление, потому что администрация не нашла ничего более умного, чем просить меня каждый год писать заявления о том, что я нахожусь в творческом отпуске. Я зашла в Большой театр, и то, что там внутри – основная часть закулисья, где люди репетируют, занимаются, где они живут – это просто бардак. Создалось ощущение, что все строилось быстро-быстро, тяп-ляп, на скорую руку, лишь бы только открыть. В гримерных комнатах, где сидит четырнадцать человек, нет окна. Можете себе представить, какой там запах! Или как можно построить репетиционный зал, где потолок настолько низкий, что когда мальчик поднимает девушку на вытянутые руки, она головой упирается в потолок? Где паркет? Я просто была поражена: всегда был деревянный пол, паркет везде – это был стиль Большого театра. А теперь все в кафеле, как в больнице. Ну и, конечно, такое ощущение, что во время демонтажа все было разграблено: и хрустальные люстры, и бронзовые ручки, и бронзовые элементы декора, вместо которых пластмассовые формы, замазанныедешевой краской.

Николай Цискаридзе, который первый поднял эту тему, рассказывал, что администрация Большого театра не пригласилана открытие не только его, но и Зураба Соткилаву, Тамару Синявскую, а Галина Вишневская попала на это мероприятие благодаря администрации президента. В Большомвсегда было такое отношение к прославленным артистам?

– Администрацию Большого в лице Иксанова, который уже лет десять сидит на своем месте и разваливает и оперу, и балет, давно не интересуют прославленные артисты. Когда театром руководил Юрий Григорович, сколько было артистов? Плеяда легенд: Максимова, Васильев, Плисецкая, Марис Лиепа, Михаил Лавровский, Нина Семизорова, Александр Ветров, Александр Годунов…Список можно не продолжать, это была плеяда. Это все люди, танцующие в одно время. У каждого был свой клан зрителей, на спектакль приходили конкретно посмотреть на человека. Выйдете сегодня на улицу и попросите любого назвать имена пяти балерин, которые танцуют в России, необязательно в Большом, просто в России. Я думаю, что вы любого поставите в тупик таким вопросом.

Для администрации Большого сейчас самое главное – деньги, которые они делаютна чем только можно: на постановках спектаклей, на каких-то корпоративных вечерах. Это все было еще когда я там работала; я сидела в раздевалке с девочками, и они, бедные, плакали и говорили, что не могут сказать «нет», потому что их не возьмут в следующую поездку.

Во времена Григоровича подобное было невозможно. Вдумайтесь: сейчас любой, имеющий деньги, может прийти к Иксанову и сказать, что вот эта балерина будет танцевать, а эта – нет. Люди могут вымещать личные амбиции на творческом процессе. Я сама стала заложницей такой ситуации. В 2003-мменя убрали из Большого театра только потому, что у меня разрушились отношения с человеком, с которым я жила два с половиной года. И просто из-за того, что я вышла из этих отношений, он дал указание Иксанову любой ценой убрать Волочкову. Однакоэтот человек не учел, что зло возвращается. Судьба, к сожалению, поступила с ним достаточно жестоко – он горел в огне, и ему пересаживали кожу.

А вы верите в возмездие?

– Я считаю, что каждый поступок несет за собой последствия. Я не верю, что наши дети будут страдать за какие-то наши проступки и ошибки, конечно, нет. Но каждый из нас, безусловно, несет ответственность за то, какую миссию мы на этой земле выполняем.

На днях состоялась премьера балета «Спящая красавица». Как вы относитесь к новым постановкам в Большом?

– Последний спектакль, который я смотрела в Большом театре, была опера «Дети Розенталя», где артисты бегали по сцене с членами наперевес. И если бы Госдума не вмешалась в это мероприятие, так бы спектакль и вышел. Накануне премьеры, быстренько, за ночь, членызаменили на руки, повесили их между ног, и спектакль вышел в таком виде. Я видела оба варианта – была на генеральной репетиции и на премьере. Вторая безумная постановка – «Евгений Онегин». Героев этого прекрасного произведения превратили в алкашей. Галина Вишневская написала тогда открытое письмо, назвав спектакль «публичным осквернением национальных святынь», и отказалась отмечать свой юбилей на новой сцене Большого театра. На что Иксановтоже написал открытое письмо, в котором была такая фраза: а знаете, некоторые люди отмечают свои дни рождения и дома. Представляете? Это как раз к вашему вопросу об отношении администрации к звездам Большого. Конечно, лучше, чтобы Вишневская отмечала свой юбилей дома, а Плисецкая – в Париже, потому что ему выгоднее, чтобы компании банков заказывали вБольшом свои корпоративы. Я самас человеком, с которым прожила два с половиной года, познакомилась на корпоративе. Это был корпоратив его компании – в Большом театре!

Для вас двери Большого теперь закрыты навсегда?

– Почему же, я уверена, что мой бенефис там еще обязательно случится. Единственное, мне уже не интересно танцевать там классические балеты. Я вообще изменила формат своего творчества. У меня свое концертное шоу, свой кордебалет. Я сочетаю разные жанры: и вокальное искусство, и танцевальное, и акробатические номера. В моей команде шестнадцать человек. Я сама танцую десять хореографических композиций и сама пою песни. Второго декабря в «Крокус Сити Холл» люди смогут увидеть это своими глазами. Поэтому я нисколько не переживаю, что сейчас Большого театра нет в моей жизни. Это был такой сигнал для меня, масштаб моей личности уже тогда был больше, чем Большой театр, мне было тесно.

Фото www.flickr.com

 

БАЛЕТ

А какое место вы отводите себе в современном балете? Вот как бы вы распределили места УльяныЛопаткиной, Дианы Вишневой, Светланы Захаровой…

– Вы знаете, я считаю, что я занимаю определенную, свою нишу. Тому проекту, который создала я, аналога пока нет. Я не хочу, чтобы меня с кем-то сравнивали. Или кого-то – со мной. У каждого свой путь. Ульяна Лопаткина танцует в классическом балете лебедя умирающего – прекрасно, супер, мы учились у одного педагога, только она старше. Но я не считаю, что у нас вообще есть что-то общее. У меня шоу другого формата. Я это сделала не ради пафоса: вот Анастасия Волочкова сама про себя, а потому, что я понимаю, что мое имя сегодня может привлечь внимание среди детей и их родителей и повысить престиж профессии, который падает. Сейчас мамы вряд ли отдадут своих сыновей в балет, видя, что происходит в Большом театре.

А в советское время было иначе?

– Что-то скрывалось, наверное, что-то утаивалось, но такого беспределане было. Не только в Большом театре, везде.

Кто из современных балерин вам нравится? Кто ваши главные конкурентки?

– В балете? В классическом балете есть балерины, хорошие, качественные танцовщицы, но конкурентками я их не считаю. Я не сравниваю никого. Мне лично нравится Дина Вишнева. Она действительно интересна– как личность, в своих творческих поисках. Она нравится мне, пожалуй, сегодня больше всех.

А почемуих судьба в классическом балете сложилась более удачно, чем ваша?

– Я не считаю, что они более удачливы. Ну как же? Меня связывает несколько лет работы с Мариинским театром, я станцевала весь классический репертуар. В Большом я прослужила пять лет, там тоже все партии были ведущие. На меня ставили балеты, я пять лет сотрудничала с театром Юрия Григоровича, пять лет была там примой и танцевала все, что хотела. Я полтора года работала в Английском национальном балете.

Но эти балерины танцуют в ведущих театрах до сих пор, а вы уже восемь лет находитесь в творческом отпуске по «семейным обстоятельствам». В чем здесь собака зарыта, как вы считаете?

– Мне кажется, у меня просто харизмы больше. Мне было тесно и мало танцевать только классический балет, стоять у станка, махать крыльями у воды, изображать черную и белую лебедих, приходить домой и спать. Я стала частью светской жизни, стала частьюшоу-бизнеса, у меня свой проект, мне хотелось создать свое независимое шоу и привлекать массового зрителя к искусству в целом: и балета, и танца, и оперы. Я сама себе сказала, еще начиная свой творческий путь, что из балета классического надо уходить, пока ты молодой, красивый, пока тебя помнят во всей твоей красе. Я два года назад, когда мне было тридцать три, станцевала балет «Жизель» и подумала: а может, хватит? Может, я буду делать то, что сегодня людям интересно?

То есть вы достигли совершенства в классическом балете, а теперь решили покорить массового зрителя в доступной ему форме?

– Я не то что достигла совершенства, я достигла своей определенной позиции. Я считаю, что я танцевала хо-ро-шо. Есть видеозаписи, которые являются тому подтверждением. Вот я хотела выпустить диск, он называется «Антология», там шесть с половиной часов видео. Ребят, посмотрите! Мне скучно танцевать «Лебединое озеро» всю жизнь. Я не испытываю от этого тех эмоций, которые я испытываю сегодня, танцуя на песни Эдит Пиаф, Джорджа Майкла,танцуя танго Эдвина Мартона, танцуя на музыку НиноРота из кинофильма «Крестный отец», на музыку «Мастера и Маргариты»Корнелюка, на музыку Пуччини. В каждом номере – история. Я выгляжу женщиной сексуальной, яркой, красивой. Я уже не могу представить себя в пачке. Поцелуй меня в пачку! Ну да, я такая – яркая. В какой-то момент я поняла, что я позволяю себе быть собой, я имею на это право. Поверьте, даже ностальгии нет. Потому что когда я танцевала балет, у меня был все время мандраж – сделаешь ты эти тридцать два фуэте или нет? И удовольствие только тогда, когда поклоны, цветы, успех и все дела. А сейчас, когда я танцую в своем шоу – это такое счастье! Испытываю радость от того, что это мой проект, мои декорации, мое оборудование, мое покрытие, моя команда, мои номера. Мне никто злобно не дышит в спину, никто не сдирает стразы с моих костюмов, отделку и камни, как это было в Большом театре. Это было ужасно, я просто счастлива, что этого нет.

 

ЗАВИСТЬ

А кто вам стразы срезал?

– Откуда я знаю? Пока я танцевала белого лебедя, с костюма черного лебедя в моей гримерной срезали всю отделку: все камни, стразы, перья. Сейчас это смешно вспоминать, а тогда было страшно. Но мама мне сказала: «Настя, надевай эту пачку, выходи, показывай, что не костюм красит балерину, а балерина – сцену своим присутствием». В Большом театре меня невзлюбил Алексей Фадеичев – бывший партнер Нины Ананиашвили, балерины-грузинки, которой надо было дотанцевать, и она убирала всех талантливых и перспективных балерин со своего пути. А поскольку он был партнером, то исполнял любой ее каприз. И вот они решили меня просто гнобить в этом театре еще в первый мой приезд, когда меня Васильев пригласил. И тогда этот директор вызвал меня и упрекал в таких вещах, которые мне казались просто ненормальными. Когда я пришла в Большой театр, там все ходили в банных халатах, в тапочках, и я была в ужасе, я говорила: «Ребята, это же театр, это же не баня русская!» И меня ругали за то, что я пришла в ярком спортивном костюме и кроссовках. Мне казалось, что это уважение к окружающим. Как я могу прийти в кабинет директора в тапках и халате? Это смешно. Мне не нравилось валяться на грязном полу, и я постелила резиновый коврик – это тоже вызвало раздражение. Я не всегда успевала к массажисту и катала спину на колючем мячике – и это тоже раздражало. Но когда директор театра сказал: «Ну вы понимаете, вы как-то броско выглядите на сцене», – это было выше моих сил. Я засмеялась и спросила: «Дорогой Алексей (не помню отчества, потому что где сейчас все эти люди, меня гнобившие?), а как солистка балета должна выглядеть на сцене? Так же серо, как артистка кордебалета?» Я всегда казалась какой-то другой. И в какой-то момент я сказала: «Хватит!»

Ну стразы срезать – это детские шалости. В одном фильме танцовщицы на полу бисер рассыпали, и прима оказалась в больнице с переломами.

– А мне подрезали ленточки для пуант, и в какой-то момент эта ленточка оборвалась и болталась на туфельке, но я дотанцевала. А однажды перед выходом на фуэте в Большом театре на меня чуть было не упал горящий фонарь. Вот прямо задел мою ресницу. И я не хочу никого гневить, я не знаю, случайность это или нет, но выводы я сделала.

Нет ли увас ощущения, что когда люди приходят на спектакль Лопаткиной, они приходят посмотреть искусство, а когда приходили на ваш, то хотели увидеть просто красивую, сексуальную женщину в пуантах и пачке?

– Они хотят увидеть шоу, и я вам могу сказать, с большой долей вероятности, что сегодня массового зрителя на шоу можно привлечь с большим объемом и с большей скоростью. Публике интересно действие, экшн. А балетом «Лебединое озеро» привлечь людей в театр сегодня достаточно сложно, особенно молодежь. Сейчас «Лебединое озеро» ассоциируется больше с путчем, с каким-то политическим переворотом. Это мое личное мнение.

Получается, что вы пожертвовали элитным искусством ради ширпотреба?

– Нет, я не жертвовала, я удачно сочетала. Я танцевала классический балет на театральных сценах в России и в мире, а свою шоу-программу показывала на концертных площадках. В этом мое отличие от других балерин. Да, есть балерины, которые, наверное, танцуют русские балеты лучше меня. Но почему они тогда стали моими подражателями, стали создавать какие-то свои сольные программы, в которых два номера станцуют и называют это сольным проектом? Я считаю, что я задаю всем какой-то тон, какую-то моду, и люди идут следом. Но создать такой проект, как у меня, никому не под силу. Подобие всегда хуже оригинала.

 

ЧЕРНЫЙ ЛЕБЕДЬ

Чтобы правдоподобно передать образ лебедя в «Лебедином озере», Майя Плисецкая ходила в парк и наблюдала за движениями этих птиц, а в фильме «Черный лебедь» героиня Натальи Портман пускается во все тяжкие: сбегает от матери, надирается до чертиков в каком-то баре и занимается сексом в туалете. До какой черты вы готовы дойти в творческом поиске?

– Я не считаю, что нужно перегибать палку, доходить до каких-то крайностей. Честно говоря, в фильме «Черный лебедь» есть несколько таких моментов, когда уже чересчур, до вампиризма просто доходит. Когда психушка эта начинается, мне кажется, это уже за гранью. Нужно просто ничему не придавать особо важного значения. Воспитывать в себе эмоцию, ту красоту духа, которая невольно будет выражаться на сцене. Не важно, балет это или концертная программа.

А на какие жертвы вы способны ради искусства?

– Я не думаю, что мне нужна жертва, я не хочу ничем жертвовать. Я хочу успешно все сочетать и гармонично развиваться. Быть успешной балериной, счастливой женой и счастливой мамой. Потому что многие балерины из-за каких-то спектаклей делали аборты, а когда уже хотели иметь детей, у них не получалось. Это страшные моменты. Я не хочу ничем жертвовать, я хочу быть счастливой. И работать много, по пять часов в день, и фитнесом три раза в неделю заниматься, кататься на лошадках, париться в бане, общаться с моими друзьями из мира шоу-бизнеса, приходить на светские мероприятия, участвовать в телевизионных программах – мне все это нравится.

Вам не свойственно раздвоение личности?

– Нет, я счастлива тому, что я такая, какая я есть. Мне важнее быть, а не слыть. Я могу себе сегодня позволить делать то, что мне нравится. Вот мне захочется сейчас сесть в самолет – и за мной пришлют частный самолет, и я улечу куда-нибудь на отдых, просто на два-три дня, чтобы развеяться. Неважно,в Венецию или в Париж. Я могу себе это позволить.Я свободная женщина, у меня много поклонников, слава богу. Я гармонично развиваюсь, я люблю друзей, я люблю красивых мужчин. Мне это нравится, и я не хочу это скрывать.

Анастасия, а у вас черные крылышки не проклевываются, как в фильме? Или только белые?

– Да, конечно, я добрая, но в гневе – страшна. Примером крайнего моего раздражения был случай на Мальдивах, когда мы с мамой приехали на отдых, и уже в первый день мама вытащила из-за кустов русского мужика, причем с фотоаппаратом. Он фотографировал, как я в трусиках выхожу из моря. Это даже не папарацци, это моральные уроды, которые без спроса, без разрешения из-за кустов фотографируют тебя в самом неподобающем виде. Когда ты наклоняешься, выходя из моря, и у тебя висит грудь, или морщишься от солнца, и потом это везде в интернете. И вот тогда на меня действительно такое возмущение нахлынуло, я мысленно задала вопрос всем этим моральным дегенератам: что вы за мной охотитесь? Вы не видели женского тела? Придите в музей, посмотрите на картинах Рафаэля, Ренуара, других художников. Посмотрите скульптуры Микеланджело. Придите в Летний сад, посмотрите там, как выглядит женская грудь. Нуа если хотите увидеть меня, то отвалите уже, вот вам фотографии в камушках. Я выложила свои фотографии ню у себя в блоге и ничуть не жалею об этом. А что там такого? Красивое, стройное женское тело – кому нравится, кому нет, но оно не уродливо. Мои фотографии по сравнению с тем порно, которое в мужских журналах – это шедевры античного искусства.

А вы видели фотожабы? Какая у вас самая любимая?

– Видела и долго смеялась. Сидели блогеры и мою голую фотографию вставляли в самые разные истории. Любимая, наверное, где у меня Медведев на ручках сидит, а сзади Путин плывет. Я подумала: господи, это что? Начало предвыборной кампании?

Вы никогда не задумывались, почему вас так не любят?

– Ну, господи, есть такое чувство, как зависть. Я все-таки не уродлива, и многие женщины видят во мне, наверно, какую-то угрозу. Вот совсем недавно я танцевала на благотворительном балу для детей, у которых сгорел приют в Подмосковье. И так получилось, что мне на этом вечере подарили золотую карточку спа-клуба «Украина». Я пришла, позанималась фитнесом, сделала массаж и, полная эмоций, написала SMSна телефон директора со своей благодарностью. И что вы думаете? Через полчаса мне перезванивает его жена и говорит: «Если вы хотите быть членом этого клуба, вычеркните номер моего мужа из мобильного телефона и никогда больше сюда не звоните, SMSне пишите, иначе я вас поставлю в стоп-лист». Это такой парадокс и такая тирада на мое безобидное желание сказать человеку «спасибо». Эта карточка была возвращена в клуб со словами: «Не все то золото, что блестит». Ну какая я угроза? Ну какая?

 

 

ЛИЧНОЕ

Для женщины важно, сколько мужчин было в ее жизни, или это роли не играет?

– Я ж не подсчет веду, знаете, как есть мужчины, которые просто для галочки сексом занимаются и подсчитывают: 1242-я, 1243-я, 1244-я... У меня такого нет, я просто могу радостью поделиться, что в моей жизни были мужчины самые лучшие, самые красивые, самые интересные, яркие, самые сексуальные. Это были такие замечательные люди, и не важно, как они потом поступали, я ни о ком не буду говорить и трепать их имена, потому что многие из них очень известны.

С каким танцем или музыкой вы могли бы сравнить секс?

– Не знаю даже, какие ассоциации… Близость всегда должна быть окрашена гармонией. Скорее всего, это латиноамериканские танцы. Ведь отношения и близость – это две грани, совершенно разные. Это не значит, что это какая-то быстрота и скорость, тут все зависит от чувств и эмоций, которые должны испытывать два человека.

Скажите, сколько еще детей вы бы хотели иметь?

– Я хотела бы еще сына. Но сначала нужно встретить человека, от которого его родить и с которым сыграть пышную свадьбу.

В фильме «Черный лебедь» героиня, умирая, говорит: «Я познала совершенство». А вы?

– Я познала его во многом. И в своем творчестве, и в своей жизни, и в отношениях с мужчинами. Во всем, во всем. Я знаю, что такое совершенство. Но я считаю, что ему нет предела, поэтому я к нему еще стремлюсь.


Присоединяйтесь к нам

КОММЕНТАРИИ

Рубрики

Новое