Ваш отзыв

Комментарий


Закрыть


Тексты / Общество /Колонки

Сукины дети и их преемники. Неделя с Ксенией Лариной: юбилей Театра имени Вахтангова, смена руководства в Доме актера, братание Таганки

Сукины дети и их преемники. Неделя с Ксенией Лариной: юбилей Театра имени Вахтангова, смена руководства в Доме актера, братание Таганки

Тэги:

 

Автор – обозреватель радиостанции «Эхо Москвы»

Пристань Римаса 

Театр имени Вахтангова с минувшее воскресенье отметил 90-летие премьерой пронзительного спектакля «Пристань» с участием всех легендарных звезд труппы. Художественный руководитель театра Римас Туминас на своей шкуре испытал и актерскую любовь, и актерское предательство. Он пришел в театр с благословения Михаила Ульянова (из всех возможных преемников Михаил Александрович особо благоволил именно к Римасу), его назначение на должность вахтанговцы восприняли, мягко говоря, по-разному. Интеллигентный и ранимый литовец не сразу понял, какие интриги плелись за его спиной. Москва – город маленький, поэтому имена заговорщиков, подписавших гнусный донос на худрука и обивавших пороги Министерства культуры, стали известны быстро. Туминаса обвиняли во всех смертных грехах – от предательства вахтанговских традиций до пьянства и прелюбодеяний. Тогда Римаса спасли от увольнения преданные и верившие в него артисты и поднятая ими волна общественного возмущения. Министр Авдеев принес режиссеру свои извинения, пришел на генеральный прогон «Дяди Вани» и сердечно поздравил труппу с невероятным успехом. Туминаса признали наследником Вахтангова, надавали ему «Золотых масок» и прочих театральных цацек, а заговорщики теперь предпочитают не вспоминать о том досадном эпизоде, когда их, что называется, бес попутал.

 

Чужой среди своих 

Через дорогу от Вахтанговского – в Доме актера – случился свой бунт. Возглавивший Дом после смерти Маргариты Эскиной и с ее благословения народный артист СССР Владимир Абрамович Этуш покинул свой пост под давлением членов правления. Члены правления – это Захаров, Ширвиндт, Васильева, Максакова, Табаков и примкнувшая к ним «молодежь среднего поколения». Стенограмма судьбоносного заседания ходит по интернету, в газетах свой уход комментирует оскорбленный Владимир Этуш, а новым руководителем Дома стал вахтанговец, режиссер и педагог Владимир Иванов, бразды правления с ним разделят на время «переходного периода» Игорь Золотовицкий, Александр Жигалкин и Олег Табаков. Этуш назвал заседание правления «тридцать седьмым годом» и отмел все претензии в свой адрес. А претензии прежде всего касались атмосферы, царящей в Доме при новом руководстве, – «атмосферы прошлого века», без творчества, без молодых талантливых людей, без новых идей, без ярких событий. Это правда. Дом актера умер вместе с Маргошей, Маргаритой Эскиной. Бог знает, хотела она видеть на своем месте уважаемого Владимира Абрамовича или нет – но с его приходом привычная радушная и вольнолюбивая аура Дома растворилась. Маргошин Дом был домом не только добра и света, но еще и домом свободы и единомыслия. Чужие туда не ходили. А «свои» каким-то чудесным образом воспроизводились из поколения в поколение. Маргоша никогда не была чиновником. Владимир Абрамович всем своим существом – человек «государственный», с кабинетом, протоколом и заседаниями. При нем Дом актера превратился в учреждение. Из всех стен вновь полезли тени обитавшего здесь когда-то Министерства культуры СССР. Дом актера перестал быть местом, куда стремятся попасть после спектакля. О его существовании забыли. И это самое страшное, что могло с ним произойти после смерти Маргоши. Больше всего на свете она боялась не забвения собственного имени, а гибели Дома. Уцелевшие члены правления, словно очнувшись от летаргического сна, успели подхватить падающий Дом и предприняли попытку его отреставрировать. Дай им бог.

 

Крушение стены 

Еще один московский дом, когда-то разрубленный пополам, – с кровью, с хрустом костей и людскими потерями – кажется, стоит на пороге объединения. Лидер «Содружества актеров Таганки» Николай Губенко и новый лидер Театра на Таганке Валерий Золотухин встретились в «теплой дружеской обстановке», обнялись и выпили водки за мировую. Уж чего-чего, а водки выпить за лихими таганковскими орлами не заржавеет. Поседевшие и полысевшие бывшие враги смахивали скупые мужские слезы и легким матерком вспоминали минувшие бои. «Берлинская стена», воздвигнутая между двумя театрами двадцать лет назад, зашаталась и затрещала. Кажется, еще чуть-чуть, и мы будем растаскивать ее обломки на сувениры.

Событие это по идее должно пробуждать в современниках самые радужные и светлые чувства. А не пробуждает почему-то. Не пробуждает... Да, Юрий Петрович Любимов, конечно, не подарок, а жена его Каталин – тем более. С возрастом любимовские проблемы с характером и стилем управления действительно усугубились. Да, двадцать лет назад отказавшись от большой части труппы, Любимов поступил безжалостно и, может, даже несправедливо. Но значит ли это, что без вздорного старика, самодура и хама, Театр на Таганке вообще бы состоялся? А если бы состоялся, то именно в этом виде, с этими артистами, которые нынче так ликуют в честь своего триумфального освобождения от Карабаса и его змеи?

Значит ли это, что почти полувековое любимовское правление оказалось пшиком, хренью, пустотой, и всю историю любимовского театра можно вот так запросто под улюлюканье актерской братии спустить в унитаз? Взбунтовавшиеся пьяные лакеи так, наверное, вламывались в хозяйские покои, кувыркались на хозяйских перинах и лакали хозяйскую водку. И приговаривали: «Уж теперь-то мы заживем!»


Присоединяйтесь к нам

КОММЕНТАРИИ

Рубрики

Новое