Ваш отзыв

Комментарий


Закрыть


Картинки / Фотоистория /Репортаж

Три дня свободы. Репортаж из Выксы

Три дня свободы. Репортаж из Выксы

Тэги:

У актуальных художников большие проблемы – в диапазоне от мордобоя до судебного разбирательства. Заниматься современным искусством сегодня в России – все равно что повесить табличку на грудь «Я революционер-экстремист». Именно так это воспринимается большей частью общества. Даже в Москве, чего уж говорить о провинции.

Чуть ли не единственный положительный пример – крошечный городок Выкса под Нижним Новгородом. Три года назад там, как и в Перми, начался эксперимент по преобразованию городской среды средствами contemporary art. В город приехали десятки художников с мировым именем. Поставили объекты и инсталляции в городском парке. Украсили фасады типовых пятиэтажек сюрреалистическими граффити. Стали проводить мастер-классы. И вот в итоге Пермь отторгла современное искусство, пермский Культурный проект закрыт. А Выкса это искусство приняла. Вопрос, почему.

Выксунский фестиваль «Арт-Овраг» прошел в июне 2013-го третий раз. И каждый раз это культурологический эксперимент, столкновение цивилизаций. Впрочем, довольно мирное. Цивилизации смотрят друг на друга, раскрыв рты, и столбенеют от удивления. Это самое интересное – как они реагируют.

У дома, расписанного замысловатыми абстракциями и квадратиками в духе Мондриана, стоит человек средних лет. Я подхожу к нему, указываю на стену и спрашиваю: «Красиво?»

– А мне по фигу!

Несколько секунд мы молчим.

– Вообще-то красиво. Раньше было серое, а теперь разноцветное.

Выкса

Концепция такая. Мне не очень понятно, что вы там нарисовали, но от вас скорее польза, чем вред. Жить стало если не лучше, то веселее. Поэтому пускай будет. Художники – это неопасные сумасшедшие. А искусство – что-то вроде аттракциона.

Именно эта мысль приходит в голову, когда видишь, как внутри «Импровизированной архитектурной инсталляции» немецкого художника Клеменса Бера играют дети. Раскрашенная фанера, картон, доски, в хаотичном порядке скрепленные друг с другом. Наверное, они несут в себе какое-то важное художественное высказывание. Я не иронизирую – и правда, несут. Но что поделать, «Импровизированная инсталляция» до боли похожа на кораблики и домики, которые ставят у нас на детских площадках. По ней так весело лазить.

А рядом торгуют сахарной ватой. Работает тир и прокат роликов. Из репродукторов доносится что-то вроде «Прекрасного далека». И так далее. Настоящий парк культуры и отдыха с аттракционами. Даже современное искусство, вроде «Случайного акта деконструктивизма» шотландского художника Роба Малхолланда или прекрасный деревянный «Единорог» Габора Соеке из Будапешта, выглядит, как садово-парковая скульптура. Немного непривычно, конечно, но в принципе – почему нет.

К произведениям искусства местные жители относятся очень трогательно. Абстрактную скульптуру Big Gini, оставшуюся с прошлого года, они по собственной инициативе выкрасили противопожарной краской. Просто, на всякий случай. А вокруг разбили клумбу, смутно напоминающую пятиконечную звезду очертаниями. Но некоторые объекты все-таки пострадали.

Выкса

По аллее идут девочки лет пятнадцати. Одна говорит:

– Видела ту белую хрень? Больше не увидишь. Зимой растащили на ледянки пацанам с горки кататься. Вот козлы! Люди ведь старались, специально к нам из Европы ехали…

Красивые девочки. И сознательные. В меру своих способностей.

Кстати, о девочках. На фестиваль приезжает много симпатичных ребят. Скейтбордисты, накаченные паркурщики, рэперы, мастера брейка. Местным девочкам это нравится. Они липнут к ним, активно участвуют в мастер-классах, как говорится, постигают все новое. Местные мальчики злятся и налегают на пиво. Пока обходилось без эксцессов, но напряжение ощущается. Все очень по-человечески. Боюсь, что никакое современное искусство этого не изменит.

У одного из объектов вот уже минут пятнадцать стоит советская тетка в летнем пальто и с авоськами. «Нравится?» – спрашиваю. «Нравится – не то слово. Наконец-то Запад в нашу тайгу пришел!». Тайга не тайга, но комаров действительно много.

А тетка все стоит. Она не понимает, что это перед ней, такое замысловатое и блестящее. Но ей и не надо, эмоции и так сильные. Как будто посреди парка, знакомого с детства, вдруг приземлилась летающая тарелка. И надо наглядеться вдоволь, пока не улетела опять на Марс.

Городская среда меняется, но эмоции не у всех положительные. В основном это касается граффити. Люди просят поменьше сюрреализма, побольше ярких улыбающихся животных. Проще говоря, позитива.

Стоим возле стены, расписанной в эстетике обложек альбомов «Битлз»: гигантская чашка кофе, усатый мужик, похожий на Джона Леннона, рыбы, клубы дыма, цилиндры. Благородная серая дымка, английский стиль. Подходит женщина лет пятидесяти, судя по виду, местная активистка-общественница.

Выкса

– Смотрите? – спрашивает.

Смотрим.

– А я вам так скажу: это не имеет эстетической ценности и не несет смысловой нагрузки!

Сказала – как отрезала. Спорить трудно.

И все-таки много домов расписано. И не вопреки воле жителей. Перед тем, как нанести роспись, администрация в обязательном порядке спрашивает их согласия. Значит, хоть и ворчат, но не против. Лучше, видимо, так, чем никак.

С привозным граффити соседствует местное. Несколько в другом роде. На доме, где изображен в пуантилистской технике мрачнейший Владимир Владимирович Маяковский, возле выщербленной подъездной двери красуется надпись: «Хватит бухать. Давай спорт!» Неподалеку от этого места читаем: «Убери машину от гаража, понял?».

На стадионе «Авангард» (так и называется – «Авангард»!) установлена работа блестящего московского художника Дмитрия Алексеева «Человек-башня». Роботоподобный человек, состоящий из лесенок, карабкается по металлической трубе к небу. Такой мощный футуристический объект в духе экспериментов Татлина. А рядом на бетонной ограде стадиона большими буквами метров на пятьдесят накорябана цитата из Кинчева: «Что проросло, то привилось. Звезды слов или крест на словах. Жизнь без любви или жизнь за любовь. Все в наших руках». Что-то в этом есть, согласитесь.

Выкса

Выкса очень маленький город. Всего 60 тысяч населения. Из них каждый четвертый или даже третий связан по работе с градообразующим металлургическим комбинатом. Который и курирует фестиваль. Это важный момент: когда новшества исходят от местного начальства, а не от федерального, то и отношение к ним другое.

Безработицы нет, по российским меркам город сытый и благополучный. Много иномарок на улицах, много хорошо одетых людей, в большинстве домов интернет. Агрессии ноль, люди не пугаются и не злятся, когда к ним обращаешься на улице. Спокойно и с достоинством отвечают.

Даже есть молодежь, которая устраивает продвинутые флешмобы. Едет, скажем, парень в автобусе. Достает телефон, набирает номер и говорит: «Чашечку эспрессо к следующей остановке, пожалуйста!» На следующей остановке открывается дверь: официант, поднос, дымящаяся чашка эспрессо. Это и по московским меркам неплохо. А для Выксы и просто супер.

Мне стало интересно, и я спросил, что это за ребята. «А вот тут у нас дом детского творчества, там они занимаются». Идем в дом детского творчества, сокращенно ДДТ. И первое, что я вижу – стенд пионерской организации «Патриот». Как это у них совмещается?

Симбиоз нового и старого – на каждом шагу. Поначалу поражаешься, потом привыкаешь, кажется, что иначе и быть не может. Новое не отменяет старого, старое, хоть и нехотя, но пускает новое на свою территорию. Никакого насилия, в данном случае это самое важное. Остальное – понимание, новые ценности, интеллектуальные интересы, культура – если не мешать, может появиться со временем. Может и не появиться. Но по крайней мере, есть шанс.

Выкса

Немного обидно, конечно, что все это по указке начальства. Мы-то знаем, что настоящие граффити – это когда уличные рэп-банды метят территорию, а не когда дизайнеры согласуют проекты с местной администрацией. Что настоящее актуальное искусство должно провоцировать, нарушать табу. А Выксе оно абсолютно безобидно и не затрагивает никаких болевых точек. Но может быть, иначе нельзя? Может быть, поэтому здесь все и получилось, в отличие от Перми? Если накормить людей и не обижать их, они способны реагировать даже на непривычный дискурс без мордобоя, полицейского террора и ненависти. Так просто, не правда ли?

На официальной церемонии чиновники с удовольствием повторяют: «Мы дали городу три дня свободы. Твори, придумывай, проявляй себя!» Звучит чудовищно. Ведь это значит, что жители Выксы свободны и открыты для творчества только три дня в году, а все остальное время наоборот. Похоже на Юрьев день. И потом: что значит «дали»? Если можно дать, то можно ведь и отнять. Свобода по решению администрации – абсурд, конечно. Но мы в России так привыкли к этому абсурду, что даже не замечаем.

Как ни обидно, а все-таки чиновники правы. Хорошего понемножку. Да, это компромисс. Да, хочется революционных изменений, социальной справедливости и мгновенного прорыва в цивилизованный мир. Реально ли это? Видимо, пока нет. Страшно даже подумать о 365 днях свободы и актуального искусства в году. Камня на камне ведь не останется! Главное не переборщить. Все мы ходим по тонкой грани. Переборщишь – окажешься не в цивилизованном мире, а ровно наоборот. 

Благодарим организаторов фестиваля и PR-агентство Crosза помощь в подготовке материала

Выкса

 

Выкса

 

Выкса

 

Выкса


Присоединяйтесь к нам

КОММЕНТАРИИ

Рубрики

Новое