Ваш отзыв

Комментарий


Закрыть


Тексты / Обзоры /Дежурный ревизор

СПЕКТАКЛИ ФЕСТИВАЛЯ NET. Сцены из супружеской жизни

СПЕКТАКЛИ ФЕСТИВАЛЯ NET. Сцены из супружеской жизни

Тэги:

Всё познаётся в сравнении. Пятнадцатый фестиваль NET подтвердил эту нехитрую, но главную мысль. Совершенно противоположные подходы к театру  продемонстрировали голландцы и французы в последние дни фестиваля.

Театр «Тонельгруп Амстердам» из Голландии показал «Сцены из супружеской жизни» – огромный, на три с половиной часа, классический психологический триллер о семейной жизни одной пары. Театр «Вивариум-студио» Филиппа Кена из Франции – короткий «Эффект Сержа», невероятную для московской сцены маргиналию, по сути – антитеатр.

Голландцы порадовали бы Станиславского, он сказал бы им – верю. Девушкам голландским точно сказал. Почему? Потому что они троекратно умудрились погрузиться в одну и ту же реку. А река эта опасна, кошмарна, называется Лета, река времени и забвения. Что ещё происходит с семейной парой на протяжении десятков лет, кроме забвения невыносимых моментов взаимных тихих истязаний? 

Поэтому было три сцены, три времени жизни Юхана и Марьяны, троекратное проигрывание сцен для отрядов зрителей, перемещающихся в пространстве  Дворца на Яузе, по времени жизни героев спектакля. Третья часть зрителей  смотрела старость семьи, треть – зрелость и треть – юность. Далее перемещались по кругу. Пришлось Юхана играть трём актёрам, а Марьяну трём актрисам. Актрисы голландские превосходны в своей естественности, а вот актёры всё же пытались играть «психологию». Наверное, поэтому и получилась история хитрой, коварнейшей, обыденной, тихой, незаметной женской измены, приведшей к грандиозному финалу. В финале расщепление героев на три личности прекратилось, все зрители и актёры собрались на сцене, и разразилась гроза. Произошла очень громкая драка со вспоминанием всех самых болезненных эпизодов совместной жизни. Юханы и Марьяны, вшестером, бегали с воплями в кругу зрителей, периодически в них врезаясь и ища защиты.

фестиваль NET

В финале выяснилось, что естественная, пластичная Марьяна, играемая тремя прекрасными голландками, потихоньку изменила Юхану три раза с разными мужчинами сразу после свадьбы. Поскольку Юхан что-то такое чувствовал, то семью не спасли и двое детей. Юхан сбежал с практиканткой через двадцать лет жизни с Марьяной, через годы тихих, подпольных, а главное – непонятных мучений. Но он не знал, почему он сбежал, ведь и мысли у него не было, что жена способна на измену от скуки. На измену от неспособности любить все способны.

Нет тайн снаружи, они внутри. Видимо, режиссёр Иво ванн Хове решил обратить внимание зрителей на самих себя, поэтому слепил их софитами и прожекторами, что сильно мешало. И побочных персонажей – маму и парочку друзей героев не мешало бы сократить, они тоже отвлекали. И вот что подумалось.

 Интересно было бы увидеть спектакль, где естественная смена личностей по мере старения персонажа превратилась бы в настоящую шизофрению –  здесь и сейчас, а не в пространстве времени и судьбы. Детство, юность и отрочество в старости. Одна Марьяна изменяет мужу с неизвестным, другая честно говорит Юхану, что любит его, а третья любит только себя – и знать не знает ни о Юхане, ни о неизвестных. Только так и бывает, о чём догадываются психоаналитики, но никому не говорят. Наша личность – оркестр, договор «вести себя прилично» между целым хором персонажей.

Филипп Кен в центре им. Меерхольда устроил перфоманс, взял своего лучшего актёра, шестерых людей с улицы и устроил …террариум. С наблюдением жизни насекомых, змей, зверушек всяких забавных – сравнил свой метод  режиссёр на обсуждении спектакля. Ещё заметил, что его спектакли часто приглашают на танцевальные фестивали. То есть полный уход от сценографии, драмы, тайминга и зрелища режиссёр с большим юмором называет танцевальностью. Ну что ж, ему удалось «уйти» всех зрителей куда-то совсем далеко от привычных театральных переживаний.

фестиваль NET  фестиваль NET

Судите сами. Актёр на сцене – чистый фрик, но не совсем. Он заходит на сцену в костюме космонавта, заявляет, что этим марсианином закончился предыдущий спектакль. Затем он освещает фонариком своё жилище, где на столе телевизор и провода, в углу – стереосистема и книжки стопками. Стол оказывается теннисным и герой книжкой цокает шарики, целый мешок шариков отправляет на ту сторону стола. А там никого. Казалось, это показ тотального одиночества. Ожидания зрителей обмануты.

Это показ тотальной пустоты обыденной жизни. Герой – фрик, но мастер микротеатра. Он приглашает друзей, которых, в свою очередь, пригласил с улицы на сцену Филипп Кен – посмотреть минутный спектакль в воскресенье. И он показывает – коробку на колёсиках с дистанционным управлением под музыку, лазерные каракули на стене под музыку, фейерверк перед стеклянной раздвижной дверью под музыку, мигание фарами заехавшей на сцену машины под Вагнера. Разговоры неестественны, вымучены, отчуждённы, пластмассовы – вам вина, воды или апельсинового сока? Никаких конфликтов, зритель сам должен всё сделать – ощутить внезапное раздражение, или какую-то милоту, внезапно разлившуюся в организме вместо желчи.

фестиваль NET

И действительно, чем вам не разложение театра до атомного уровня? Что можно показать в любом театре за минуту? Минута любого театрального действия, взятая сама по себе – маргиналия и абсурд. Такой темой занимался и главный французский писатель-деконструктивист Мишель Уэльбек, скукоживший человека до порно-пикселя в романе «Элементарные частицы».

Уловка Филиппа Кена коварна и гениально проста – те, кто ищет во всём милоты, человечности, безыскусности и правды – в восторге, не замечая, что вся ситуация перфоманса наскозь искусственна и предельно далека от чаемой «жизни». Никто никогда не придёт к одинокому фрику наблюдать его перфомансы-минутки. Но как реагируют те, кто с смотрит с тайным ожиданием экшена, чего-то внезапного, переворачивающего?  Какое-то время они ждут взрывов на сцене, психологических или физических: а вдруг появятся внезапные мутанты, киллеры, обнаженные танцовщицы? И ничего не происходит. То есть те зрители, что приучены к бешенству сцены Серебренниковым и Богомоловым, да хотя бы и Погребничко – остаются ни с чем. Да нет, остаются с раздражением, остаются с вопросом: неужели наша жизнь настолько пуста, что даже минутные театры Сержа – недостижимая роскошь?

 

Фото автора и фестиваля NET


Присоединяйтесь к нам

КОММЕНТАРИИ

Рубрики

Новое