Ваш отзыв

Комментарий


Закрыть


Тексты / Стиль жизни /Путешествие/приключения

Страна басков

Страна басков

Тэги:

Все это называется Зеленой Испанией – невысокие горы, поросшие лесом, почти тайгой, реки с темной тихой водой, низкое, опухшее от туч небо, беспокойный океан. Под стать пейзажам и люди: необычные лица – баски самый древний народ Европы, необычные гены – у 30% басков редкий отрицательный резус крови.

Если над Мадридом безоблачное небо, то над Сан-Себастьяном, самым известным городом испанских басков, висит мелкая дождевая дрянь, именуемая здесь «чири-мыри». Ветер с Атлантического океана сдувает эту водяную пыль, и на пару часов устанавливается отличная погода, потом все тот же ветер снова приносит «чири-мыри», потом снова солнце... Если у нас, людей с севера, по этому поводу возникают вопросы, то у испанцев нет: летом в Сан-Себастьяне и окрестностях от жары скрываются лучшие люди страны, включая королевскую семью. Началось это 120 лет назад с королевы Марии Кристины, ну и, видимо, никогда не закончится.

Мы идем по променаду, который здесь называется La Concha, очень похоже на Ривьеру. Променад упирается в бывшее казино, а теперь мэрию, очень похожую на казино Монте-Карло (видимо, типовой проект). Рядом отель Londres, очень похожий на Martinez в Каннах, но только чуть-чуть поменьше. Еще в Сан-Себастьяне есть старый железнодорожный вокзал, который строил Эфель и мост через реку Урумия – почти точная копия моста Александра III в Париже.

страна басков

Вид на Сан-Себастьян с горы Игельдо. Это действительно самый аристократический город не только Страны Басков, но и во всей Испании

 

Французское влияние вполне оправдано: от Сан-Себастьяна до границы с Францией 14 км, до родины теласотеропии – курорта Биариц – 40.

Набережная утыкана старинными фонарями – их здесь то ли 60, то ли 80 видов. За парапетом трехкилометровая подкова пляжа. На песке дети играют в футбол и загорают топлес девушки из хороших семей. Сейчас отлив, во время прилива же весь пляж покрывает вода. Искупаться в Бискайском заливе – дело принципа. Вода градусов двадцать.

У писателя Хемингуэя был какой-то герой, который жил в Londres и каждое утро купался в заливе. Доплывал до плотов, они и сейчас в том же месте (значит, все это можно повторить), залезал на плоты и перед тем, как вернуться, полчаса любовался панорамой города, горой Ургуль, на вершине которой белая статуя Христа, как в Рио, и горой Игельдо, на вершине которой чертово колесо и рестораны. Хотя, наверное, во времена Хемингуэя ни чертова колеса, ни статуи еще не было, но горы были точно.

страна басков

Рыболовецкий порт в Сан-Себастьяне: свежие морепродукты для ресторанов со звездами Мишлена доставляются именно сюда

 

ПИНЧОС

Страну басков нам показывает Оля. На Украине она была учительницей русского языка и литературы, жила на нищенскую зарплату и активно занималась общественной работой, чтобы отвлечься от мрачной действительности. Но в конце концов Оля не выдержала и поехала в Испанию на заработки. И здесь Оле повезло – может быть, первый раз в жизни – она встретила достойного человека, к тому же миллионера, и вышла за него замуж.

Олин муж Луис Америбия – баск, человек во всех смыслах уважаемый и почетный член националистической партии, которая, кстати, в этой испанской провинции стоит у руля. Луис строит причалы для яхт и лодки для спортсменов. Именно на построенной Луисом лодке испанские гребцы завоевали олимпийское золото в Барселоне.

Оля ведет нас в старый город есть пинчос. Это баскские бутерброды, их делают со всем чем угодно: селедкой, креветками, колбасой, крабами, помидорами, но в основном с разными салатами. В 11-00 почти весь город собирается в ресторанах и барах есть эти самые пинчос. Мы ходим от заведения к заведению и дегустируем. Вообще-то в Сан-Себастьяне едят не только бутерброды. Город занимает первое место в мире по плотности ресторанов с тремя звездами Мишлена на квадратный километр. Париж отдыхает.

С желудками, в которых томились пинчос с анчоусами, крабами, салатом типа оливье и хамоном, мы выходим из старого города прямо к устью реки Урумия. Сразу за речкой знаменитый Дворец Конгрессов «Курсааль». В нем проводят кинофестивали. В этом сентябре Золотую раковину (местный аналог Пальмовой ветви) дали Вуди Аллену за фильм «Мелинда и Мелинда». Раковину вручал Педро Альмадовар, после чего оба киноклассика отправились в ресторан Oquendo есть пинчос и пить красное. В Oquendo – традиционное место фестивальной тусовки. Мы туда тоже зашли, чтобы прикоснуться нашими пятыми точками к местам, коих касались пятые точки великих режиссеров…

За дворцом «Курсааль» новый сан-себастьянский пляж, на нем в основном серфингисты. Здесь всегда хорошая волна.

В прилив, кстати, волны поднимаются вверх по Урумии, повышая ее уровень на два-три метра. Люди часами стоят и смотрят, как по реке идет океанская волна, как она разбивается об огромные базальтовые кубы волнорезов и опоры мостов, обдавая все вокруг крупными солеными брызгами.

страна басков

 

ЛОГОВО НАЦИОНАЛИСТОВ

Вечером мы игнорируем рекомендации Мишлена и идем в «сосьедад» (в переводе с испанского – собрание). У басков так называются закрытые мужские клубы, где они собираются, чтобы поговорить о политике и за жизнь.

30-40 мужиков в складчину покупают большой зал или целый дом, делают в нем кухню, ставят столы. Продукты и выпивка общие.

Приходят сюда компаниями человек по 10-15 человек по очереди. Сами себе готовят. Женщин в такие места пускают редко.

Наш «сосьедад», то есть «сосьедад» Луиса, находится в рыбацкой деревне Orio под Сан-Себастьяном. Деревне этой больше тысячи лет. Пока в пятидесятых не запретили охоту на китов, она была центром китобоев. В средние же века здесь был еще и довольно крупный торговый порт, даже король Испании входил в один из местных торговых кооперативов. Кстати, соседняя деревня Aginaga тоже знаменита. В ней построили каравеллу «Санта Мария», на которой Христофор Колумб открыл Америку. Тогда баски считались лучшими кораблестроителями и штурманами, их брали практически в каждое большое плавание.

Вот, собственно, о судьбе баскского народа мы и говорили в «сосьедаде» с местными активистами националистической партии, попивая сидр и виноградную водку, которую перед употреблением наливают в большую миску, поджигают и зачерпывают кружками – буквально огненная вода.

Баскские националисты люди спокойные, интеллигентные, в отличие от наших голов не бреют, наколок на теле не делают и не гоняются за инородцами с кусками арматуры в руках. Все максимально культурно в стиле Прибалтики времен СССР.

"Мы независимости хотим", – говорит мне местный активист по имени Хосе, отхлебывая водку из объятой синим пламенем кружки. "Зачем?" – спрашиваю я, глотая аналогичную жидкость. "Ну как зачем, мы здесь давно живем, еще до римлян". – "Так", – говорю я и делаю еще один глоток. "И потом нас 1,5% от населения Испании, а мы производим 9% национального валового продукта..." Вот, блин, понятно, и здесь все упирается в деньги… К слову, в Стране басков самый высокий в Испании уровень жизни и уровень цен.

Мы выпиваем еще огненный воды и отправляемся в «сидририю» – типичный местный ресторан, что тоже интересно. Огромный зал с огромными длинными столами, за которыми сидят человек по 20. Стоит страшный гвалт. Алкоголь здесь бесплатный. В стену вмонтированы гигантские бочки с кранами. В одной сидр (от сюда «сидририя»), в других бочках красное вино, белое вино, шампанское. Сидр принято наливать, держа кувшин на расстоянии не меньше метра от крана, чтобы больше было пузыриков – так лучше эффект и вино вкуснее.

страна басков

 

ГЕРНИКА

На следующее утро приятель Оли – Фернандо – везет нас в Гернику. Фернандо хотел стать священником, окончил семинарию и попал под сокращение. "Что это за сокращение такое, – интересуюсь я. – Верующих становится все меньше, и количество священников соответственно регулируется…" Фернандо заводит длинный разговор о христианских мучениках, живших в баскских лесах. Я прерываю: "Герника в общем маленький город, стоит в лесу, стратегической нагрузки никакой, зачем его бомбили немцы?"

Мы считаем по просьбе Франко. Герника для басков – как Кремль для русских. Во времена друидов у нас было пять священных дубовых рощ. В них по очереди у самого большого дуба собирались князья и держали совет. Потом осталась только одна священная роща в Гернике и в ней священный дуб – символ басков как нации…

К этому моменту разговора мы уже доехали до Герники и подходили к высохшему огромному дубу. "Чудо было, – комментирует Фернандо. – Во время бомбежки практически весь город был разрушен, а дуб наш уцелел".

Изучив символ нации и посмотрев про дуб специальный фильм в музее, мы двинулись к Сан-Себастьяну вдоль берега океана. Дорога петляет, огибая скалы. "Во время сильного шторма ее заливает волной, – говорит Фернандо. – Несколько раз машины смывало волной, теперь на время шторма стали закрывать".

За каждым поворотом дороги бухта, в каждой бухте свой поселок китобоев, теперь, конечно, бывших. Баски всегда жили в основном за счет моря. Киты здесь водились специальной породы – бискайской. После того как китов гарпунили и убивали, они не тонули в океане, что было очень удобно для охоты. Тушу цепляли к лодке и волокли к берегу. Жир кита использовали как топливо для светильников, он дает ровное мягкое пламя. Жир бискайских китов даже в Россию поставляли ко двору Екатерины II. Мясо китов ели, по вкусу оно напоминает куриное. Язык считался большим деликатесом. Из китовых костей делали инструменты из кожи мебель и одежду.

страна басков

В деревнях китобоев экзотически выглядят даже окна

 

Сегодня на китов не охотятся, но баски все равно выходят в океан на весельных китобойных лодках. Они проводят регаты. В лодке 13 гребцов, нечетное число позволяет маневрировать на волнах. Все спортивно-китобойные лодки делает Луис – муж Оли. Технологии, конечно, уже современные.

Кстати, гонки эти появились, в общем, естественным путем. В каждом рыбацком поселке был наблюдатель. Он дежурил на самой высокой горе и смотрел, не появится ли кит. Как только кит появлялся, дежурный разжигал костер. Но огонь видели рыбаки и других поселков. Одновременно за китом отправлялось несколько лодок. Каждый экипаж стремился доплыть первым. Существовал даже закон: кот первым вонзит гарпун в кита, получает самый  лучший кусок.

На прощанье мы сфотографировались с Фернандо. Вместо «чиз» («сыр») в Испании говорят «патата» («картошка»), очень близкий русскому человеку овощ.

Раз пять мы с удовольствием помянули картошку и разошлись. Недалеко от нашего отеля дежурила румынская проститутка. 120 евро – и я сделаю все, что вы захотите. От обилия впечатлений хотел только спать, причем сделать это мы могли совершенно бесплатно.

 

Опубликовано в журнале «Медведь» №83, 2004


Присоединяйтесь к нам

КОММЕНТАРИИ

Рубрики

Новое