Ваш отзыв

Комментарий


Закрыть


Тексты / Обзоры /Дежурный ревизор

КНИГИ АПРЕЛЯ. Биография Шкловского, переводы Набокова, танго Артура Переса-Реверте, воспитание аристократа и виртуоз готовки

КНИГИ АПРЕЛЯ. Биография Шкловского, переводы Набокова, танго Артура Переса-Реверте, воспитание аристократа и виртуоз готовки

Тэги:

Дворянское воспитание

Кому в наше время помешает стать храбрым и выносливым, сильным и ловким, держаться с достоинством, быть сдержанным и хорошо выглядеть? А еще обладать искусством нравиться, быть гостеприимным хозяином, толерантным, соблюдать правила этикета. Быть спокойным и простым, образованным, с безупречными манерами. Не вульгарным. Защищать своё человеческое достоинство. Дворянских детей не просто так учили «схватить весло, поставить ногу в стремя», но и с сознанием употреблять эти знания в случае несчастья с семьёй, страной. В книге, предназначенной современным родителям, приведён опыт воспитания наследников знаменитых семей России. «…Не то что совсем нигилист, но знаешь, ест ножом… » Л.Н. Толстой Анна Каренина. Что еще: Пособие для обучения и воспитания детей дворян, составленное сподвижниками Петра I «Юности честное зерцало», Филипп Честерфилд «Письма к сыну», А.С. Пушкин «Капитанская дочка». О.С. Муравьёва. Как воспитывали русского дворянина. – М.: Эксмо, 2014

 

Человек с прыгающей походкой

Имя Георгиевского кавалера и трижды кавалера Ордена Трудового Красного Знамени, лауреата Государственной премии (1973) за книгу о Сергее Эйзенштейне, человека, который ввел в оборот словосочетание «гамбургский счет», одно время было нарицательным. Это его Михаил Булгаков изобразил в «Белой гвардии» под именем не очень симпатичного Михаила Семёновича Шполянского. А еще его засветили современники в сатирической литературе под именами Жукавца в «Доме–корабле» Ольги Форш, Виктора Некрылова в «Скандалисте, или Вечера на Васильевском острове...», Вениамина Каверина, Конструктора Гука в  «Повести о пустяках» Юрия Анненкова и Андрейшина в книге Всеволода Иванова «У». А кое-кто увидел его в Сербинове из «Чевенгура» Андрея Платонова. И даже в артели близких себе «Серапионовых братьев» он получил прозвище «Брата-Скандалиста». Он мог стать героем не одного авантюрного романа. Например, когда, вернувшись из Ирана в 1918 году, стал участником так называемого «правоэсеровского заговора». Или когда, слиняв из Красной Армии, прятался в саратовском сумасшедшем доме, а затем бежал от чекистов по льду Маркизовой лужи в Финляндию. И, тем не менее, вернулся в Россию – ну как же либералу без неё. Недоучка (всего два курса питерского филфака), написал книгу «О теории прозы» и стал одним из основателей знаменитого ОПОЯЗа – общества изучения теории поэтического языка. Великим теоретиком кино. Фильмы «Третья Мещанская» (режиссёр Абрам Роом) и «Дом на Трубной» (режиссер Борис Барнет), ставшие классикой мирового кинематографа, сняты по его сценариям. Писал прозаические книги, которые и сейчас переиздают – стало быть, читают: «Жили–были», «Сентиментальное путешествие», «ZOO, или письма не о любви», «Слово о Льве Толстом», Марко Поло, воспоминания о спутниках-ровесниках…  И самую скандальную – «Третью фабрику». Правда, его репутацию на старости лет испачкала статья в ялтинской «Курортной газете», написанная в соавторстве с Ильёй Сельвинским –  статья, осуждающая Бориса Пастернака во время его всенародной травли. Старики были на отдыхе и могли  избежать стадного инстинкта, но поротая задница напомнила о себе. Дожив до преклонного возраста – 91 год – окончил земную жизнь вполне успешным писателем в московской городской      клинической больнице. Посмертная его книга была названа «Еще ничего не кончилось…». Владимир Березин. Шкловский. – М.: МГ, ЖЗЛ, 2014

Владимир Березин. Шкловский

 

Мемуары членов царской семьи

В свет одномоментно вышли мемуары двух представителей рода Романовых. Великого князя Александра (Сандро) Михайловича (1866-1933), дяди Николая II, адмирала, много сделавшего для российского флота и авиации. И великой княгини Марии Павловны (1890-1958,)дочери великого князя Павла Александровича (сына Александра III) и греческой принцессы Александры. Мария Павловна, будучи женой шведского принца Вильгельма, вернулась в Россию с началом первой мировой войны, которую прошла от звонка до звонка, работая сестрой милосердия в полевом госпитале. Оба пережили февраль и октябрь в России и, сумев включить механизм самосохранения, вовремя ее покинули. Интересны не только их оценки венценосной семьи, Распутина, описание своих жизней «до и после», но их взгляд очевидцев на катастрофу 17-го. Мария Павловна, в начале большевистского переворота, со своим вторым мужем Сергеем Путятиным пошла на балет в Мариинку, где ей стало плохо, когда она увидела в царской ложе  «в обрамлении тяжёлых шелковых драпировок в креслах с золочеными спинками матросов в шапках на лохматых головах и их спутниц в цветастых шерстяных платках». Великий князь задержался в Крыму и стал свидетелем  исторического диалога: «Задорожный, довольно болтать! Надоело! Ялтинский совет предъявляет свои права на Романовых, которых Севастопольский совет держит за собой незаконно. Мы даем вам пять минут на размышление. – К черту Ялтинский совет! Вы надоели. Убирайтесь, а не то дам отведать севастопольского свинцу!». Великая княгиня Мария Павлова. Мемуары. – М.: Захаров, 2014. Великий князь Александр Михайлович. Воспоминания. – М.: Захаров, 2014

Великая княгиня Мария Павлова. Мемуары   Великий князь Александр Михайлович. Воспоминания

 

Отложенная партия

Жиголо Макс Коста, «изящный мошенник и обворожительный жулик»  в «послужном списке» которого помимо службы в Иностранном легионе, есть одно убийство и взвод (если не полк) облапошенных состоятельных женщин, знакомится в танцевальном салоне корабля, идущего из Европы в Буэнос-Айрес, с аристократкой без комплексов Мерседес (Меча) Инсунсой де Троэйе и ее мужем, композитором с мировым именем. Может показаться, что это дамский роман, пропитанный розовыми соплями как гренка сливками. На самом деле это жесткая история о танце шлюх и парней былых времен, шпионских и шахматных интригах, в которых нашлось место и КГБ – от автора «Кожи для барабана», «Клуба Дюма или тень Решильё», «Учителя фехтования», «Таинственного меридиана», «Фламандской доски» и «Приключений капитана Алатристе».

«– Вам нравится эта работа? – Временами. Я ведь зарабатываю на жизнь не только танцами. Иногда танец – это предлог обнять красивую женщину. – И всегда – в безупречном фраке или смокинге? – Разумеется. Это ведь моя спецовка…». Насладитесь под Besame Mucho-Tango.Заодно пересмотрите «Бал» Этторе Сколы, «Моё последнее танго» Луиса Амадори и «Последнее танго в Париже» Бернардо Бертолуччи. Артуро Перес-Реверте. Танго старой гвардии. М.: Эксмо, 2014

Артуро Перес-Реверте. Танго старой гвардии

 

О временных нравах

В пятитомном труде группы французских, британских и американских исследователей под руководством историков из Школы «Анналов» Филипа Арьеса и Жоржа Дюби подробнейшим образом изложена история частной жизни Запада от античности до наших дней. В первый том вошла аналитика частой жизни древнего Рима, средневековой Европы и Византии, где на фоне конфликта частного и общественного, подробнейше рассматриваются и анализируются социальные взаимоотношения, институты семьи и рабовладения, быта и жилищной архитектуры. А также постепенное вторжение на запретную территорию интимного и государства, и общества, в те времена когда «жадность не щадила никого». Сравнить с «Нравами насекомых» Жана-Анри Фабра. История частной жизни. Т.1 От римской империи до начала второго тысячелетия. Группа авторов. Пер. с фр. и англ Т.Пятницкой и Г.Беляевой. – М.: НЛО, 2014.

История частной жизни

 

Разглядывание последовательностей

Известный американский ученый российского происхождения (МГУ и аспирантура) рассматривает революцию в исследовании генома, начавшуюся в последней декаде прошлого века. «Не смотря на наше непоколебимое восхищение Дарвином, мы должны низвести викторианский взгляд на мир (включая его обновленные версии, процветающие в ХХ столетии) в почтенные музейные залы, где ему самое место, и исследовать последствия смены парадигмы». Евгений Кунин. Логика случая. Авторизованный пер. с англ.– М: Центрполиграф., 2014

Евгений Кунин. Логика случая

 

Не стреляйте в пианиста

Не каждому первокурснику консерватории звонила домой министр культуры СССР Екатерина Фурцева с предложением принять участие в конкуре им. Чайковского. Не каждый пианист, кому делается такое предложение, становился лауреатом этого конкурса. Редко выпускники консерватории, ставшие исполнителями мирового уровня, пройдя унижение советского потребления таланта, оказывались на Западе, где выяснялось, что хрен редьки не слаще, сохраняя при этом гражданство, данное по праву рождения. И уж совсем редко, когда человек достигнув вершин мастерства, признавался что у него «хватило мужества прекратить безобразную гонку» за золотыми медалями. Эта книга человека, сыгравшего в три года по слуху «Реквием» Моцарта, о нравах в музыкальной среде и её изнанки, которые были, есть и будут, не изменяясь (как тараканы – вот уже как 250 млн. лет, с триаса -СТ) независимо от социального круга и политических границ. В любом случае познакомиться с откровениями музыканта, пришедшего к выводу что «смысл жизни» заключается в дарении любви, не требуя наград, весьма интересно. Да, Андрей – это автор, Чайник – Чайковский, Фира –  Святослав Рихтер. Великий, простонавший автору с глазу на глаз «о своей смертельной ране, о своей боли, которую я причинил ему одним своим появлением в музыкальном мире». Вобщем, обо всём без прикрас. «… Зал хлопает, а Рихтер исчез. Подошла ко мне Нина Львовна Дорлиак, что-то мне сказала. А у меня голова кружится. Голод (покормить забыли – СТ). Жара. Концерт. Отвезли меня в Париж, дали пирожок и отправили, как бандероль, назад  СССР». Книга снабжена компакт диском с ноктюрнами Фредерика Шопена в испюлнении автора книги. Андрей Гаврилов. Чайник, Фира и Андрей. – М.: Слово, slovo, 2014

 

Далеко от Стокгольма

Вообще-то автора этого детектива Ларса Кеплера в жизни зовут двояко – Александр и Александра Коэльо Андорил. Герой романа – сыщик и красавчик, комиссар уголовной полиции Йон Линна, на счету которого  полтора десятка раскрытых серьезных преступлений. И вот этот красавчик с постоянно взлохмаченными светлыми волосами, находясь под служебным  расследованием (предупредил крайне левую экстремистскую группировку о готовящемся рейде службы безопасности), пытается разобраться в серийных убийствах в интернате для девочек, распрлоложенным в 450 километрах от столицы Швеции. На роль «доктора Ватсона» сыщик, похожий на Шерлока Холмса и Джеймса Бонда в одном флаконе, приглашает призрака. 700 страниц для ленивого отпуска. Ларс Кеплер. Призраки не лгут. Пер. с швед. Елены Теляшиной. – М.: Corpus.

Ларс Кеплер. Призраки не лгут

 

Театр после перестройки

«…Сидишь в темноте, и душа твоя ликует: на маленьком пятачке или на большой сцене с тобой, именно с тобой, совершают что-то, от чего ты становишься богаче, лучше, счастливее». Эта книга о театре ведущих наших режиссёров: Льва Додина, Валерия Фокина, Анатолия Васильева, Петра Фоменко, Сергея Женовача и Дмитрия Крымова. В целом эта книга – гимн творчеству и одновременно грустные размышления о будущем театра. Театра, который активно сопротивляется чиновникам от культурки-мультурки. Тех самых образованцев, которые с тупым упорством неофитов «реорганизуют» театральное дело. За примером ходить далеко не надо. Просто поинтересоваться: а что и где сейчас ставит Анатолий Васильев? Это страстно написанная книга о блеске и величии подмостков и о вечной зависти творцов друг к другу, интригах и подножках. «Да, видно, нельзя никак» в террариуме друзей. Марина Токарева. Сцена между землей и небом. – М.: АСТ, 2014

 Марина Токарева. Сцена между землей и небом

 

Перечитаем Набокова?

В 1940 году благополучно «скончался» русский писатель Вл.Сирин, автор «Защиты Лужина», «Короля, дамы, валета», CameraObscuraи др., и на свет появился англоязычный писатель В.Набоков, предложивший живущим  на «других берегах» переводы русских поэтов, критику и прозу на Языке Диккенса и Свифта. Плавным переходом, как бы репетицией перехода от «Сирина» к «Набокову», стал роман «Истинная жизнь Себастьяна Найта», написанный по-английски двумя годами раньше в Париже и опубликованный позже под новым псевдонимом «В.Шишков». Ну, а дальше пошло-поехало: «Пнина», «Лолита»…. Предложенные читателю романы «Истинная жизнь Себастьяна Найта» о Зазеркалье художественного вымысла и «Подсвечивающие предметы», где автор как бы пародирует самого себя, впервые были опубликованы в 1991 году.  Здесь они представлены в новых переводах. Владимир Набоков. Подсвечивающие предметы. Пер. с англ. А. Горянина и М. Мейлаха.– СПб.: Азбука, 2014

Владимир Набоков. Подсвечивающие предметы

 

Гимн готовке

Тем, кто сидит на диете, рекомендуем воздержаться от чтения этого исторического романа о мастере готовки Джоне Сатурналле* и колдовстве, действие которого происходит в 17 веке. Для затравки: После того как вы изготовите вино (подробнейшее описание действа приведено) «финики очистите от кожуры и разотрите с вином в кашицу. Финиковые косточки поджарьте на жаровне и положите в варево. Добавьте сладкий лист под названием фалиум. Молотый перец в количестве, которое может удержать меж сложенных ладоней молящаяся женщина, и щепоть шафрана…  затем завяжите гвоздику и мускатную шелуху в батистовый мешочек ) или гиппокрасную сумку, как выражаются многоучёные повара)  и опустите его в напиток». И как вывод: «Каждый настоящий повар носит в себе пир». Лоуренс Норфолк. Пир Джона Сатурналла. Пер. с англ. Марии Куренной – М.: Иностранка, 2014

*Сатурна́лии — у древних римлян декабрьские дни карнавалов и пиров, во время которых стирались сословные различия.

Лоуренс Норфолк. Пир Джона Сатурналла

 

Дорогой мести

Классический детектив. Спецагент ФБР лейтенант Алоизии Пендергатее на грани отчаяния – только что отыскал жену, которую много лет считали погибшей, как она взяла и пожелала ему долгой жизни. Есть от чего свихнуться, мало отправится за ней вдогонку.  Как всегда спасает работа – нужно найти и обезвредить человека совершающего серийные жестокие убийства, который на месте преступления оставляет странные послания, как выясняется адресованы лично ему. Эпиграфом к книге авторы сочли уместным поставить слова Конфуция «Прежде чем ступить на дорогу мести, вырый две могилы».  Дуглас Престон, Линкольн Чайльд. Две могилы. Пер. с англ. Сергея Удалина. – СПб.: Азбука, 2014 

Дуглас Престон, Линкольн Чайльд. Две могилы


Присоединяйтесь к нам

КОММЕНТАРИИ

Рубрики

Новое