Ваш отзыв

Комментарий


Закрыть


Тексты / Интервью /Зона вылета

Джон Кинг: никакие мы не европейцы, мы британцы!

Джон Кинг: никакие мы не европейцы, мы британцы!

Тэги:

Джон Кинг

Фото: Леонид Коган

Джон Кинг – один из самых неоднозначных и скандальных британских писателей. В его книгах нет ни дворцовых интриг, ни чопорных аристократов, там правят низшие слои общества: грубая энергия, секс, насилие и примитивная национальная гордость. Это неизвестный и сказочный мир той Британии, о которой никогда не расскажут классики. И в то же время удивительным образом у Кинга этот мир наполнен романтикой и красотой простых вещей. 

Кинг сумел перевернуть обывательские представления об английских футбольных болельщиках, ворвавшись в литературу со своим первым романом «Фабрика футбола» и став своеобразным первопроходцем – до него никто не пытался описывать жизнь современного рабочего класса Британии. Кинг – дитя своей культуры, хранитель и летописец истории своего поколения – истории скинхедов, простых и крепких парней с  незамысловатыми традиционными ценностями. 

Кинг пишет свои романы так, как художники пишут картины, – крошечными мазками, тщательно и неторопливо вырисовывая детали, словно готовит читателя к потрясению – а оно обязательно случится в самом конце. Подобный восторг после прочтения книг я испытывала разве что в детстве, когда, с тоской переворачивая последнюю страницу, думала: «Господи, почему это все чудо случилось не со мной? Почему я не там?!»

Я перевела его романы «Белое отребье», «Тюрьма», «Охотники за головами» и «Англия на выезде». И чем глубже я погружалась в его литературу, тем больше вопросов у меня возникало. Мысли Кинга были моими собственными мыслями, события, которые он описывал, то и дело пересекались с событиями из моей жизни. Мне нужен был этот человек. И я отправилась в Лондон. 

Джон не врал – жизнь рабочего класса в Лондоне выглядела в точности так, как в его книгах. Классические английские пабы, бессчетные пинты лагера за бессмысленными разговорами, панк-концерты в обшарпанных старых клубах, толпы бритоголовых юнцов и пузатых дядек под пятьдесят спешат на матчи, Тоттенхем, Челси, Лидс, Манчестер Юнайтед – эти названия звучат для меня как музыка. Это моя любимая сказка. Я побывала внутри этой сказки. Спасибо Кингу. 

После этого много чего произошло: были опубликованы два моих интервью с Джоном, мы периодически переписывались. После выхода его последней книги «Скинхеды» последовали годы молчания – исчерпав тему футбола, Кинг переключился на абсолютно некоммерческую и тщательно умалчиваемую проблему защиты животных. А теперь мы снова сидим в старом пабе Тоттенхема и мило болтаем, и настоящий, живой Джон Кинг – истинный британец, сдержанный, остроумный, мой идеальный писатель – с любопытством крутит в руках мою собственную книгу.

Джон Кинг

 

Как ты собираешься ее читать, если она на русском?

– Сейчас мы выпьем, и ты мне вкратце расскажешь сюжет.

Именно. А твоя первая книга вышла, когда тебе было 36?

– Да. А сейчас тебе сколько? 37? Да ты молодой писатель. Мне 52, и я тоже молодой писатель. У нас еще лет 50 впереди, которые можно посвятить литературе.

Последний раз мы с тобой вот так общались пять лет назад. «Скинхеды» вышли в 2008 году, а дальше о тебе ничего не было слышно. Чем ты занимался?

– Что ж… внезапно прошло пять лет? Много чего случилось за это время. Я решал проблемы личного характера – у меня умирал отец, я писал новую книгу, я писал сценарий к фильму, попытался адаптировать роман «Человеческий панк». Я писал сценарий для «Англии на выезде» – это третья часть трилогии «Фабрика футбола». Мы основали компанию, чтобы собрать деньги под съемки. Это заняло массу времени. (Первый фильм по роману Кинга «Фабрика футбола» вышел в 2004 году, сценарий к нему также писал сам Кинг). Также, как ты знаешь, у нас есть маленькое издательство LondonBooks– и мы выпустили серию под названием LondonClassicsи еще пару новых книг.

Кстати, как публика отреагировала на «Скинхедов»?

Негативных отзывов не было. Читатели отреагировали положительно. А медиа, как ты понимаешь, не слишком заинтересованы в том, чтобы затрагивать темы, которые находятся за зоной их комфорта. Но я остался доволен и романом, и реакцией на него.

Видишь ли… книгу могли воспринять как провокационную. Ты играешь с неприятными темами – скины, арабы-наркоторговцы… Мультикультурализм – очень скользкая проблема.

– Это несколько искусственный термин. Он сейчас такой модный! Мультикультурализм существовал в Англии всегда, с тех пор, как Англия помнит себя страной – но мы никак не называли это явление, все происходило естественно. А теперь средний класс вцепился в этот термин, и вдруг стало модно говорить о мультикультурализме. Определение ничего не значит – явление существует само по себе, лишь люди, стоящие у власти, не знающие реалий жизни, считают, что необходимо говорить о такой проблеме. Повсюду в мире сосуществуют разные культуры, и процесс идет внизу вверх. Мой роман «Скинхеды» – это история  людей, которые вели определенный образ жизни, слушали определенную музыку и мыслили довольно широко. Я недавно был во Франции – и я был поражен тем, как сильно популярен английский стиль и английская музыка во Франции, и мне это понравилось. Я был в Париже. Очень круто. Потрясающе – парни 25 лет носят куртки с Юнион Джеками!

английские хулиганы

Получается, что ты – свидетель, летописец культуры.

– Но я пишу о том, что хорошо знаю. В таких случаях легко пишется.

Как называется твоя новая книга о правах животных?

– Она называется «Молитва на скотобойне».

Она уже вышла?

– Пока нет – работаю над редактурой. Эта книга – история вегана, человека, который борется за права животных. И она повествует о трех этапах его жизни. Когда ты ребенок, ты смотришь на все свежим взглядом, надеешься что-то изменить, и думаешь, что если о чем-то очень сильно мечтать и молиться, то желание сбудется. Затем ты становишься подростком, юнцом, и думаешь, что многое можно изменить словами, что, озвучив проблему, ты на что-то повлияешь. А затем наступает средний возраст – и мой герой понимает, что все эти приемы не работают, что его никто не слышит, и потому ему приходится воспользоваться более агрессивными методами.  Вот основная часть сюжета и вот главный персонаж – в один прекрасный день у него в голове что-то щелкает, и он начинает убивать людей, которые убивают животных.  Он убивает пару мясников, затем, что логично, он переключается на крупных бизнесменов, на владельцев огромных ферм, он обращает внимание на воротил молочной промышленности, на тех, кто работает в рекламе и маркетинге, а потом на его пути встретится человек, владеющий огромной пищевой компанией. Вот такая история – но ты не найдешь в книге сцен убийства и насилия. Ты только увидишь сцены убийства животных – ты увидишь то, что люди творят с животными. Идея проста: если ты солдат, то ты обязан воевать и убивать, и убийство – твой профессиональный долг, оно совершается не ради удовольствия, не ради личной мести. Мой герой лишь хочет показать обществу, что происходит с животными, но в человеческом контексте.

В ходе сюжета всплывают истории из его юности – он вспоминает себя ребенком, вспоминает о том, как он впервые узнал о том, что совершают с животными, вспомнит, что произошло после этого с ним самим. Но проходит время, конфликт обостряется, он решает изменить человеческое отношение к проблеме животных и начинает убивать людей – но этого ты не увидишь. Ты прочитаешь об этом в прессе, СМИ обзовут его безумцем, а затем он остановится, одумается, и под конец все вернется на круги своя, и мир продолжит жить по своим законам. Тяжелая книга – похожа на «Тюрьму». Я очень ее долго писал – и она все равно еще не готова.

Я очень давно хотел написать такую книгу. И все же я думаю, что «Молитва на скотобойне» появится не свет не вовремя. Люди не готовы ее воспринять. Но я не мог не написать ее. Она тяжелая. Представляю, в какую депрессию она может вогнать. И в то же время она очень важна. Полагаю, немногие готовы что-то сказать в защиту этих невинных душ.

английские хулиганы

Когда она выйдет?

– Не знаю. Пока довожу ее до ума.

Как ты вообще пришел к идее защиты прав животных? Когда это все началось? В литературе ты впервые заговорил про права животных в романе «Тюрьма».  Что случилось в твоей жизни, что подтолкнуло лично тебя?  

– Моей сестре было шесть лет, и мама дала ей сосиску, и сестра спросила маму, из чего сделана сосиска, мама ей рассказала. И сестра стала вегетарианкой. О том, что происходит с животными, я знал очень давно, я понимал, что это неправильно, но, чтобы принять решение, нужно прийти к какой-то точке. Фактически все началось тридцать лет назад. А потом мы стали веганами – поскольку молочная промышленность столь же жестока, как и мясная. Фактически это одно и то же. Пока я писал книгу, я поднял кое-какие научные данные. Так вот: коров оплодотворяют искусственно, чтобы после беременности они давали молоко. Коровы не дают молоко, если они не беременны. В среднем, на воле корова живет двадцать пять лет, в неволе – семь, после чего ее убивают. В одной только Британии убивают 800 миллионов животных в год. Это огромный бизнес, это индустрия, цель которой – получение сверхприбылей, а не обеспечение здоровья нации. Но об этом никто не говорит, об этом умалчивается, для общества проблема прав животных выглядит несущественной. Мы говорим на языке, который служит для того, чтобы умалчивать о реальных вещах. Этот язык полон предрассудков, животные выставляются бездушными тварями. Я очень давно хотел написать такую книгу, подобрать верные слова, чтобы публика кое-что поняла.

А дальше? Что ты планируешь делать дальше?  

– А дальше мы будем снимать кино по роману «Человеческий панк», у нас есть сценарий, нужно собрать деньги, подбить бюджет. К счастью, в фильме будет использована оригинальная музыка THE RUTS. «Человеческий панк» – это песня группы THE RUTS. И песни Rancidтоже будут в саундтреке. Я надеюсь, мы сделаем отличный фильм. По крайней мере, попытаемся.

Еще у меня созрел сюжет для книги об обществе будущего. Про то, что случится с нами через 60 лет. Представь: в Европе больше не останется отдельных государств, будет лишь Федеральное Европейское государство – Объединенные штаты Европы. Слово Англия станет запрещенным. Мегаполисы взяла под контроль зарубежная элита, англичане вынуждены бежать в маленькие города. Такое происходит по всей Европе, конечно, это творится не только в Англии. И эта книга будет рассказывать о технологиях – о темной стороне цифровых технологий, мобильных телефонов и так далее.

Общество будущего будет контролироваться посредством мобильных телефонов, вшитых в руки, в пальцы. Щелкаешь пальцами – и оператор видит тебя на экране, в руку у тебя вшиты датчики, и, понятное дело, тебя могут отследить в любом месте. Уже сейчас государство прослушивает наши телефонные разговоры. Все контролируется и записывается – разговоры, переписка в интернете – все. А в моем футуристическом романе государственные органы будут способны считывать биение твоего сердца, так что если у тебя повышенный пульс, тебя тут же заберут – ибо с чего бы твоему сердцу биться быстрее? Может, ты совершил преступление? Это и есть идея устройства современного общества – сильные мира сего хотят больше власти, и потому они следят за людьми посредством новых технологий. Да ничего тут нет нового…

Информация будет существовать только в электронном виде. И все будет контролироваться одним нажатием кнопки. И книги, самые известные книги – запретят. Власти начнут сжигать книги – вот такие книги (он показывает на мою собственную книгу) – но не на огне, а посредством нажатия на кнопку. Раз! И все, книги нет. А то, что они не уничтожат, они отредактируют. А заодно и перепишут историю. К примеру, историю Англии периода Второй мировой войны. Почему бы не представить Гитлера как объединителя – он ведь хотел объединить Европу? Вот и все. История переписана, вывернута наизнанку, и у тебя нет никакого способа проверить факты и найти правду, потому что информация существует только в электронном виде, она нереальна, физически книг больше нет.

Книга – это ловец времени. Ты пишешь роман, и он живет сотни лет. А с электронной книгой все гораздо проще – ты можешь нажать на кнопку и уничтожить ее. Что в данный момент уже и происходит. Каждое письмо, что ты отправляешь, сохраняется на сервере, каждый твой разговор записывается – и все, ты уже в ловушке. Мобильный телефон превратился в прибор для слежения, даже если он выключен, можно вычислить твое местоположение. А ты говоришь, что Интернет – это свобода. Не забывай о том, что люди стремятся к власти. Люди, которые стоят у власти, хотят еще больше власти, они никуда не исчезли, просто до поры до времени они затаились. Кто бы ни были эти правители – они в любой момент могут изменить ситуацию, превратить твою свободу в ловушку. Враг никогда не дремлет. Власти будут отслеживать твои письма, твои текстовые сообщения, они найдут способ взять под контроль систему виртуального пространства. И если эта система будет представлять угрозу безопасности страны, тебе просто отключат твой интернет. В моей книге власти будут наказывать людей за их высказывания в интернете.

А еще в будущем ни у кого не будет денег. Денег не останется вообще, все будут пользоваться кредитками, все будут должниками банков. Ты – вечный должник банка, и это уже происходит сейчас, а новые технологии только помогут это развить. Так что они, с одной стороны, хороши и полезны, а с другой – это ловушка, ты покупаешь всякие электронные штучки, а тебя берут под колпак. Я это предвижу. Это для меня очевидный итог.

английские хулиганы

Великолепная идея для книги. Зря ты мне ее рассказал – я ведь это опубликую. Ты не боишься, что ее украдут?

– Какая идея? Моя? (Смеется). Вычеркни ее из интервью!

Но если серьезно – в итоге так все и будет. Лет через 20-30. В некоторых странах интернет уже запрещен. Потому что властям так выгодно. А прослушивание происходит повсеместно, и запись информации происходит повсеместно. Я не сказал ничего оригинального, это очевидный путь развития.

Кто будет решать, какие книги разрешать к прочтению?  

– Люди, в чьих руках контроль. Ты же уже это видишь – так много информации, так много телеканалов, так много новостей – но по большей части эти новости искажены. В моей стране новости перевирают. Опять же, если вернуться к проблеме защиты прав животных – ты не услышишь, чтобы ее обсуждали по радио или по ТВ, ее просто игнорируют. Над этим смеются.

Такое происходит не только здесь. Это повсеместно. Я совсем недавно была на молочной ферме – переводила для группы иностранцев. 100% искусственное осеменение, и телят забирают у коров сразу после рождения, и эти коровы мечутся и кричат. Оставляют только телок, бычков кормят до месяца и отправляют на убой. Этого никто не знал. Этого и я сама раньше не знала. Фото появились в интернете, и люди писали мне, что и они раньше не знали, как на самом деле функционирует молочная ферма.

– В мире полно хороших людей – и в основе своей они похожи, где бы они ни обитали. Но то же можно сказать и о мерзавцах. Мы живем в Британии, и мы либералы, и нам очень сильно повезло с тем, что мы живем в относительно свободном сообществе. Но ситуация может измениться в любой момент. Посмотри на Евросоюз – это несправедливо. Это антидемократично. Подумай, кто эти безликие люди, которые придумывают для нас законы – мы ведь не выбирали этих людей… такое губительно для любой страны. Но попробуй выступить против Евросоюза, заявить, что Англия хочет оставаться Англией, независимым государством, и тебя обзовут расистом и так далее. Тебя обвинят в устаревшем мышлении.

А каков выход? То, что происходит во всем мире, в России, это даже не развитие мультикультурализма. Это потеря национальной идентичности: культуры, языка, традиций. То же происходит во Франции, в Германии, повсюду. А что у нас есть в России, кроме культуры? Разве что нефть.

– Согласен. Мы наблюдаем процесс глобализации. Разрушается медицина, образование, социальные службы. Ты отдаешь в ЕС деньги, которые, по идее, будут потрачены на общественные институты. Знаешь, как работает Евросоюз? Дай им сотню фунтов. Тебе вернут 45, скажут, на что их потратить, и ты еще должен быть за это благодарен. Они избавятся ото всего, что не вписывается в их стандарты. Все привязано к доллару, весь мир скоро станет одной большой корпорацией. Это выгодно – разрушать национальные культуры. Выгодно иметь одну культуру – культуру потребления. И ее же контролировать.

Великое переселение народов – это то, что происходит в данный момент. В Англии происходит то же самое – люди приезжают на заработки, они согласны на мизерную оплату, и местное население лишается работы. Страна входит в ЕС – и ЕС тут же разрушает национальную систему здравоохранения. Многие хотят стать британцами, и я не могу сказать, что система направлена против людей, но культура может очень быстро измениться. И не будет времени что-то предотвратить, вернуться к прошлому. У выходцев с Карибских островов были такие же идеи и верования, как у британцев, и Британия всегда была толерантной страной, открытой к диалогу с любыми культурами. Но в тот момент, когда ты решаешь встать на защиту своей культуры, тебя обзывают расистом.

Я люблю разнообразие – люди, языки, страны, не будь такого разнообразия – что бы осталось? А в итоге может погибнуть все, останется лишь нечто, контролируемое «МакДональдсом» и «Старбаксом»… именно это и происходит. И это произойдет в Евросоюзе. Кто бы ни стоял у власти, такое случится. И, вероятно, то же произойдет и в России – после чего вы перестанете быть страной.

Трудно об этом говорить – все так обезличено. Новые законы не направлены конкретно против людей, они пишутся не для того, чтобы унизить людей, особенно в Британии – мы толерантны, и мы это ценим. Но в данный момент страна подходит к некоему поворотному пункту:  кардинальные изменения в законах совершаются людьми, которых мы не выбирали. Никто из нас за это не голосовал. Происходит централизация власти – власть больше не передается от политика к политику. Больше нет оппозиции, какая была раньше, больше нет левых и правых. Остались только люди, которые зарабатывают огромные деньги. Больше нет политиков, которые бы верили в то, что они говорят. В прошлом с кем-то из них можно было не соглашаться, но они, по меньшей мере, были искренни, но теперь…

английские хулиганы

Это невероятно – приезжаешь в любую страну, а там те же бренды, те же торговые центры, те же магазины. Все одно и то же.   

– Спроси британцев, что они думают по поводу Евросоюза. Мы никогда не просились в Евросоюз. Ни один нормальный человек не захочет в Евросоюз. Спроси то же самое у жителей Франции и Германии.  Да нам даже никогда не предлагали вступить в ЕС, мы вообще не европейцы – мы в первую очередь британцы. Я не говорю, что мы не должны вести дела с Европой, но получается так, что кто-то все время решает за нас. Германия, Италия, Испания – правительства предали страны Содружества. Многие пострадали в плане торговли. Какой позор… Карибские страны, Индия – получается, что их предали.

Мы с тобой медленно, но верно возвращаемся к теме власти корпораций. Теперь корпорации уже могут влиять на политические решения. Интересно, в будущем кто-то додумается до принятия законов, которые бы ограничивали объемы производства для крупных компаний? Перепроизводство – это не двигатель прогресса, это становится огромной проблемой. Людей заставляют покупать то, что им не нужно. Кризис неизбежен. Запретите компаниям забрасывать нас продукцией в таком количестве. Дайте шанс выжить малому бизнесу. Иначе компании приберут к рукам все. 

– Конечно, это возможно. Но очень трудно сделать. Это отличная идея, но корпорации сильны, поэтому воплотить такую идею будет очень нелегко. В моей стране люди уже 20 лет пользуются кредитными картами… Представь – миллионы людей в моей стране являются должниками, и в основном они тратят деньги на безделушки, на игрушки – мобильные телефоны, компьютеры… Ты не можешь купить компьютер и пользоваться им в течение 10 лет. Потому что мода постоянно меняется, потому что эти игрушки делают более привлекательными – чтобы доить население. Вся нация в долгу перед цифровыми технологиями, а их все продают и продают. Кое-что из этого, конечно, полезно, но разве нужно все время обновлять эти штуки, разве нужно покупать так много гаджетов? Зачем все время обновляют мобильные телефоны, зачем обновляют компьютеры, зачем меняют соединения в компьютерах? Ясное дело – людям дали искусственные деньги, которые можно тратить, и ни у кого нет ни понимания, ни мужества, чтобы выйти из игры. Вся страна в долгу – в России ведь то же самое?

А сколько ради этого приходится работать! Я в жизни не представлял, что такое возможно. Тебе не нужен мобильный телефон, чтобы договориться о встрече – вот в чем моя идея. Люди лишаются рассудка, если у них нет мобильного телефона.

У тебя же его никогда не было?

– Был один, но я им не пользовался.

Ну знаешь… я лично буду всегда благодарна человечеству за три величайших изобретения – интернет, мобильный телефон и памперсы.

– Именно в таком порядке?

Памперсы на первом месте. Когда мне приходилось их покупать, не было ни мобильных, ни интернета.

– Полагаю, интернет – отличная штука. Но придет время, когда воротилы, стоящие у власти, обложат его налогами. Вот увидишь, лет через пять так и будет.

английские хулиганы

В прошлом году на выборах в России наблюдатели зафиксировали невероятное количество случаев фальсификации голосов.  И вот что случилось – оппозиция, то есть непосредственно гражданское общество, вдруг стало резво развиваться – и эти люди объединялись через интернет, и затем толпа протестантов вышла на улицу, и это были тысячи, десятки тысяч людей. И знаешь, зачем они вышли? Просто чтобы сказать: «Эй вы там, наверху! Мы – есть. Мы все видим». Все, что творит правительство, нельзя скрыть. И знаешь что самое смешное? В таком случае правительству даже не с кем вести переговоры, потому что невозможно возглавить интернет. Удали десяток пользователей – на их место придут тысячи. Возможно, сеть можно будет контролировать, но лидеров в интернете нет. Это самоорганизующееся  сообщество.

– Это великолепно. Но поверь – в будущем ребята, стоящие у власти, приберут к рукам и виртуальное пространство. Люди пытаются контролировать все, что дает им право власти. Дай им что угодно – они попробуют сделать на этом деньги. Посмотри, что происходит в Китае – там сеть просто отключили. Власти начнут закручивать гайки еще больше, потому что если какая-то вещь оказывается хороша – кто-то тут же попытается прибрать ее к рукам. В покое они вас не оставят. Твои письма будут читать – даю сто процентов гарантии. Здорово было бы, если бы они оставили все так, как оно есть, но нет. Подобьют все активы – службы и информацию. Страны зарабатывают бешеные деньги на технологиях. А если все есть в Интернете – пожалуйста, его выключат, и ты тут же остаешься ни с чем. Нажмут кнопку и выключат тебя. Вот в чем заключается моя идея. Враг никуда не делся. Враг никогда не дремлет. Люди хотят эксплуатировать других людей. Закон первого уровня.

Я про это и писала в своей книге. Есть два типа людей – одни хотят просто жить достойно и давать жить другим – своим родственникам, детям, родителям, друзьям. А есть другой тип людей – они работают в правительствах, занимают высокие должности в корпорациях – и им нужны деньги, и вот переломить, изменить их мировоззрение практически невозможно – жажду денег не сможет унять ничто, человеческая жизнь, жизнь животных – все это ничего не значит. И даже если у тебя с таким человеком возникает какая-то личная симпатия, этот разрыв, эта пропасть между вами никогда никуда не исчезнет.

– Все верно. Деньги и власть идут рука об руку.

И они выглядят нормальными людьми. Они говорят на твоем языке. Но взгляни на торговлю, взгляни на политику – какие-то сплошь массовые преступления против человечества. И вот ты смотришь на них и думаешь – они что, инопланетяне? Как они чувствуют себя после всего этого?

У них другая мотивация. Есть люди дающие, есть люди берущие. Я считаю, что человек должен отдавать больше, чем забирает. Но ты представь себе людей-роботов – не знаю, на что они похожи, но, думаю, где-то в застекленных башнях, в тайных лабораториях ученые работают над созданием людей нового типа, одинаковых, похожих друг на друга, как две капли воды. Пройдет время, и эти новые люди поймают тебя на улице, предложат тебе стаканчик с кофе и кекс – и заберут тебя.

Так они уже существуют. Ты общался с персоналом огромных компаний? Они такие эффективные, корпоративные, в пиджаках и в белых рубашках, с насквозь промытыми мозгами – бедные люди. Думают, что они важны, а на самом деле они – лишь винтики огромной машины, которая зарабатывает деньги для чужого дяди. Менеджер получит почетную грамоту, дядя построит себе еще одну яхту.

– Люди так сильно напуганы, люди хотят соответствовать требованиям реальности. Может, в интернете они ведут себя по-другому? Знаешь, этим сотрудникам корпораций порой приходится следить за каждым своим словом.

Видела рекламу молока? Как правило, это картинка, на которой изображены две коровы, очень счастливые – и ведь кто-то придумал такую картинку, и этот кто-то понятия не имеет, что на самом деле происходит с коровами, что с ними творят. Никого не волнует. Кому это интересно? Ведь так просто взять и утаить эту информацию – да, люди считают коров глупыми животными, полагая, что коровы не испытывают эмоций. И кто-то в рекламном агентстве придумывает эти рекламные картинки – и эти люди и в самом деле не подозревают, что коровы – живые, чувствующие существа. Это всеобщая ответственность. Молочные фермы похожи на концентрационные лагеря.

Или компании, которые производят инструменты для кастрации животных, и люди, которые пользуются такими инструментами, чтобы ежегодно кастрировать сотни миллионов животных? Что эти люди говорят своим детям, приходя домой? Это все – механика тоталитарной системы. Когда-нибудь человечество приравняет такое обращение с животными к фашизму. Животные истекают кровью – представь, какое количество коров убивают в Англии, России, Америке… Грязная планета. Если говорить о человечестве, просто мерзость.

Я перевела сотни, если не тысячи документальных фильмов о животных. Думаешь, сама природа человечна? Да это какой-то чертов хардкор! Все эти звери охотятся, дерутся, жрут друг друга…

– Знаешь, в чем разница? В том, что люди охотятся на самых беспомощных и невинных, на самых кротких животных. Овцы, лошади, коровы – это самые слабые твари, которые не могут за себя постоять. Знаешь цитату из Библии: «Смиренные унаследуют царствие земное»? Так вот – не унаследуют. Смиренных тварей легче контролировать. Они безличны, это же не львы, не тигры… Люди восхищаются животными, но их восхищает именно сила и жестокость.

английские хулиганы

Что ты предлагаешь? Ты видишь какой-нибудь выход?

– Я думаю, что все больше и больше людей становятся сознательными потребителями. Все больше и больше людей становятся вегетарианцами и веганами. Теперь в неограниченном количестве доступны фрукты, и определенно что-то уже меняется. Когда-нибудь и моя страна станет страной веганов. Вопрос лишь в том, что влияние индустрии очень велико. А если посмотреть на ситуацию трезвыми глазами – в некоторых странах мясная промышленность экономически убыточна, даже если оценивать с эгоистичной человеческой позиции. В этом нет смысла. Убери с прилавков мясо, и люди легко переключатся на другие белковые блюда, а через несколько месяцев привыкнут.

Ситуация меняется, но основная проблема – в производителях и в населении. Люди не воспринимают мясо как плоть живых существ. Но когда-нибудь эта жестокая, бесчеловечная индустрия будет приравнена к рабству. Сто процентов. Я думаю, лет через 50.

Я в своей жизни уже видел большие изменения. Многие относятся к питанию сознательно, особенно молодые люди, открытые ко всему новому. Я видел, как люди становились вегетарианцами, теперь они становятся веганами, и рынок адаптируется к этим условиям. Вегетарианцы и веганы – это такие экономические выключатели. Я понимаю, каким образом тут замешаны интересы бизнеса. 

Опять та же история про два типа людей – есть добровольцы, которые готовы что-то сделать бесплатно, и есть люди, которые хотят заработать на этом деньги.

– Большая часть человечества не владеет деньгами. И это большинство не может повлиять на тех, у кого есть деньги. Старая поговорка – деньги дают власть.

Деньгами и ресурсами планеты владеет менее 10% ее населения.

– Все дело в менталитете. Посмотри, что творится в Африке: год за годом продолжаются кровавые бойни и издевательства, а мир смотрит на это безучастно. Лишь несколько стран, имеющих власть, объединяются в конгломерат и становятся еще сильнее… Но это безумие, это сумасшествие. Это убийство общества.

Депрессивное у нас с тобой получается интервью…

– Просто представь себе обычного, среднестатистического человека – он хочет лишь жить спокойной жизнью, приходить домой и видеть свою семью, он лишь пытается выжить. Никто не хочет терять работу, каждый стремится сохранить все на своих местах. Но люди могут изменить ситуацию, если будут сознательно относиться к тому, что они покупают. Если перестанут покупать мясо, через две недели оно исчезнет с прилавков. А правители просто хотят денег. Раньше были короли и королевы, которые имели влияние, теперь возник новый интернациональный класс, новые короли и королевы европейских корпораций – и у них под колпаком каждая страна. 

И все же я думаю, что население начнет сопротивляться. Особенно молодое поколение – юнцы найдут новый путь. Депрессивно, да? Но лучше знать о том, что происходит вокруг. Потому что это знание и даст тебе силы сопротивляться. И это как раз хорошо. Вот что я думаю.


Присоединяйтесь к нам

КОММЕНТАРИИ

Рубрики

Новое