Ваш отзыв

Комментарий


Закрыть


Тексты / Общество

Судьба человека-2 (Киса). Колонка Альфреда Коха

Судьба человека-2 (Киса). Колонка Альфреда Коха

Тэги:

Однажды в 1875 году в Старгороде в богатой дворянской семье Матвея Воробьянинова родился мальчик. Назвали его Ипполитом. Мальчик рос, в свой срок окончил гимназию, женился. Местное дворянское собрание избрало его своим предводителем, а это значит, что Ипполит имел хорошую репутацию, был неглуп и деятелен.

Жил Ипполит Матвеевич широко, часто ездил в Париж, любил слегка покутить, был «ходок», мастер флирта, и не только легкого. Но, как говорится, кто без греха, пусть первый… и далее по тексту. Однако в целом это был неплохой человек: беззлобный, отзывчивый, щедрый.

Детей у него не было, видимо, жена не могла никак родить. Тем не менее жену он искренне любил, поскольку после ее ранней смерти оставил при себе тещу и до самой тещиной смерти заботился о ней, а не выгнал за порог, как это часто бывает у не старых еще вдовцов.

Так он и жил - одиноким мужчиной средних лет вместе со старухой тещей. В память о жене он больше не вступал в брак, а только изредка наведывался к таким же, как и он, одиноким любившим его женщинам, которые старели вместе с ним.

Был Ипполит Матвеевич искренним монархистом, однако политика не манила его: он не видел себя ни Шульгиным, ни Пуришкевичем. Он верил в незыблемость раз и навсегда заведенного порядка, в доброту русского мужика и мудрость царя-батюшки. Впрочем, подавляющее большинство людей его круга тоже во все это верили: так говорили их родители, так объясняли в церкви, так учили в гимназии.

Все изменилось в семнадцатом году, когда Ипполиту исполнилось сорок два года. Случился большевистский переворот, а затем началась Гражданская война. Боясь расправы, Ипполит с тещей бежал в город N. Я думаю, лишнее здесь писать, что все имущество он вынужден был оставить в Старгороде, бежал «налегке», то есть буквально в мгновение стал нищим.

Тем не менее несчастный вполне резонно считал, что ему еще повезло, поскольку за три года Гражданской войны он насмотрелся и расстрелов заложников, и реквизиций, и откровенного комиссарского грабежа и насилия. С тех пор он уже не верил в добрый русский народ-богоносец и, будучи от природы человеком несмелым, начал до дрожи бояться латышей и евреев.

После окончания Гражданской войны Воробьянинов с тещей так и остался в N, устроившись на работу в загс. Он старался быть как можно незаметнее, довольствовался нищенским жалованьем служащего и пугался собственной тени. Это было немудрено: если бы всплыло его дворянское происхождение, да еще и то, что он был предводителем дворянства, ему бы несдобровать. Он и так был лишен избирательных прав, поскольку не смог доказать пролетарского происхождения, а мог бы вообще оказаться в лагере. Впрочем, могли и к стенке поставить, чего уж тут.

Когда Ипполиту Матвеевичу исполнилось пятьдесят два, умерла теща - единственный близкий ему человек. Умирала она долго и мучительно. Все соседи со злорадством и нетерпением ожидали ее кончины. Для Воробьянинова было настоящей мукой слушать их разговоры и перебранку относительно того, какой и у кого покупать гроб для живого еще человека.

Перед смертью теща сообщила Ипполиту о том, что во время бегства из Старгорода она спрятала фамильные драгоценности в стул из обеденного гарнитура. Похоронив тещу, Ипполит решил поехать в Старгород и попытаться вытащить драгоценности, которые по праву принадлежали ему.

С этого и начинаются его злоключения. Приехав в Старгород, он познакомился с молодым человеком, представившимся Остапом Бендером, который показался Воробьянинову достаточно умным и практичным, чтобы помочь ему в решении его задачи. Воробьянинов был человеком далеким от коммерции и слишком наивным, чтобы понимать жестокие правила рыночной игры.

Ипполит Матвеевич в рамках своей безнадежно устаревшей морали полагал так, что если он приглашает кого-то в проект, сулящий определенную прибыль, то он и вправе определить ту долю, которая придется на приглашаемого в случае, если проект удастся. Если же приглашаемого такая доля не устраивает, он вправе отказаться от участия, но при этом ни в коей мере не мешать автору идеи ее реализовать.

По-своему Воробьянинов был прав: так в пору его молодости и поступили бы его друзья-дворяне. Будучи людьми чести, они не могли украсть чужую идею, тем более касающуюся принадлежащего автору идеи имущества, оставив самого автора у разбитого корыта.

Но не таков был Остап Бендер. Это был человек совсем другого круга и другой морали. Бендер сходу заявил, что в принципе вытащить драгоценности из стула он может и без Воробьянинова и поэтому «из благородства» предлагает ему десять процентов. Воробьянинов сначала ошалел от такой наглости, но потом до него дошло, в какую ситуацию он влип с этим жуликом. Поняв, что рассчитывать на настоящее благородство он не может, Ипполит Матвеевич начал неумело торговаться.

Это было жалкое зрелище. Бендер в два счета облапошил пожилого человека и остался очень доволен собой. В конечном итоге сошлись на пропорции «пятьдесят на пятьдесят». Забегая вперед, скажу, что ближе к концу этой грустной истории доля Воробьянинова тем не менее оказалась те самые десять процентов, которые ему изначально и «выделил» Бендер.

Дальше история Воробьянинова похожа на фильм ужасов. Это история постепенной деградации в общем-то неплохого, доброго и непрактичного человека. Как сейчас бы сказали - «ботана». Так вот, этот самый «ботан» попал в лапы жуликоватого, наглого горлопана, имеющего к тому же и тюремный опыт. Он быстро сделал из столбового дворянина «шестерку» и всячески издевался над ним и унижал его.

Чтобы держать Воробьянинова в страхе, Бендер угрожал, что сдаст его в милицию как человека, который скрывает свое дворянское происхождение. Он даже придумал версию, что Воробьянинов приехал из Берлина с какими-то тайными замыслами, что было чистой ложью. Однако вы же знаете - в милиции, особенно в то время, не стали бы разбираться, пустили бы пулю в лоб, и все…

Он принуждал его воровать, сбывать ворованное, врать, а когда Воробьянинов отказывался, то Бендер бил его. Бендер заставлял Ипполита Матвеевича (что было особенно тяжело в силу его дворянского происхождения) побираться, а потом отбирал у него собранную милостыню. Он впутал его в темную историю с «антисоветским заговором», который на поверку оказался банальным вымогательством и шантажом.

Поначалу наш герой чудовищно страдал от всего этого, много плакал, потом он начал здорово пить, но после постепенно привык, смирился со своей судьбой и сильно отупел. Он опустился, стал ходить грязным и небритым. Всегда голодный и алчный, запуганный и вороватый, он производил дикое впечатление на всех, кто его знал раньше. Но таких людей он встречал все реже и реже, а жуликов и рвачей становилось все больше и больше…

В общем, из чистого и наивного, может быть, непрактичного и легкомысленного, но доброго и честного человека усилиями Бендера постепенно выковался банальный советский хам и свинья. Такой же, как и большинство окружавших его людей. Осталось сказать, что никаких бриллиантов они, конечно же, не нашли. Зато в конце Ипполит Матвеевич, которому Бендер дал кличку Киса, зарезал своего «учителя» бритвой.

Вот уже восемьдесят лет история несчастного Кисы считается очень смешной. Просто до слез…

 

Опубликовано в журнале «Медведь» №130, 2009


Присоединяйтесь к нам

КОММЕНТАРИИ

Рубрики

Новое